Лорд Карадон вместе с представителем США резко возражал против советского проекта резолюции. В нем намечались конкретные меры по ликвидации последствий израильской агрессии — вывод израильских войск со всех оккупированных арабских территорий к линиям, существовавшим на 5 июня 1967 года, возвращение беженцев к их очагам, возмещение убытков жертвам агрессии. Но из-за возражений США и Англии советский проект не имел шансов быть принятым. Создавалась угроза повторения того же, что было 14 июня 1967 года, когда наш проект не получил необходимого большинства.
После изложения своих позиций делегации постоянных членов Совета Безопасности: СССР, США, Англии и Франции — перешли к неофициальным консультациям, чтобы выработать документ, приемлемый для большинства. Обмен мнениями показал, что наибольшие шансы быть принятым имеет проект резолюции, представленный Англией.
Он был единогласно одобрен Советом Безопасности 22 ноября 1967 года.
Резолюция предусматривала вывод израильских войск с оккупированных арабских территорий, прекращение состояния войны, уважение и признание суверенитета, территориальной целостности и политической независимости каждого государства в данном районе и их права жить в мире, справедливое урегулирование проблемы беженцев, обеспечение территориальной неприкосновенности и политической независимости каждого государства с помощью различных мер, включая установление демилитаризованных зон.
Эта резолюция стала важной вехой урегулирования ближневосточного конфликта, международно-правовой основой для отстаивания интересов арабских стран, ликвидации последствий израильской агрессии.
Резолюция № 242, принятая Советом Безопасности 22 ноября 1967 года, помимо принципиальных решений предлагала генеральному секретарю ООН назначить специального представителя на Ближнем Востоке, чтобы установить и поддерживать-контакты с заинтересованными государствами и оказать помощь в достижении мирного решения в соответствии с условиями и принципами этой резолюции.
После длительных раздумий и консультаций выбор У Тана; пал на шведского посла в Москве Гуннара Ярринга. Как писал американский журнал «Тайм» 17 августа 1970 г., Яррингу была поручена «наиболее трудная в мире дипломатическая миссия». После того как он, выполняя поручение, посетил Каир, Амман, Дамаск, Иерусалим, Нью-Йорк, журналисты многих стран стали публиковать всевозможные материалы о Ярринге, его вкусах, стиле работы, семье и т. п. По роду своих обязанностей мне приходилось видеть посла довольно часто, когда он приезжал в Нью-Йорк. У нас установился хороший деловой контакт и дружественные взаимоотношения. Обычно сдержанный и немногословный, Ярринг в кругу друзей охотно рассказывал о своей жизни.
Он родился в 1908 году на юге Швеции, на ферме, которую и сейчас содержит его брат. Изучал тюркские языки в университете и провел несколько лет в Синьцзяне, собирая материалы для книги по проблеме восточнотюркских диалектов. Получив докторскую степень, преподавал в университете. Во время второй мировой войны его привлекли к работе в шведской миссии в Анкаре. После этого он уже не возвращался в академический мир, хотя и не терял интереса к научной работе.
Ярринг быстро продвигался по дипломатической лестнице. В 1956 году был назначен представителем Швеции при ООН, два года спустя — послом в Вашингтоне, в 1964 году — послом в Москве. В отличие от многих западных дипломатов Ярринг не стремился к паблисити, не делал никаких заявлений прессе, воздерживался от широковещательных обещаний и прогнозов. ’Своей сдержанностью, стремлением понять позиции сторон и добиться осуществления резолюции Совета Безопасности Ярринг завоевал доверие сторон. Американский журнал «Тайм» писал о Ярринге: «Ярринг — модель классического дипломата: скромный, проницательный, бесконечно терпеливый. Его сдержанность с прессой легендарна». Ярринг приезжал в страны Ближнего Востока без официальных объявлений, встречался с руководителями правительств и тихо уезжал из-за нежелания показаться пристрастным.
Советское правительство оказывало дипломатическую и политическую поддержку Яррингу, рассчитывая, что его деятельность может способствовать сближению позиций сторон и достижению мирного урегулирования. Яррингу было официально заявлено, что Советский Союз рассматривает резолюцию Совета Безопасности от 22 ноября 1967 года как приемлемую международно-правовую основу для урегулирования на Ближнем Востоке и поэтому будет оказывать всемерную помощь его миссии, призванной обеспечить выполнение этой резолюции.
Правительство ОАР тоже стремилось способствовать выполнению миссии Ярринга. 8 мая 1968 года оно проявило инициативу, направив Яррингу предложение о разработке плана выполнения резолюции Совета Безопасности. План поэтапного урегулирования мог бы, по мнению правительства ОАР, включить в себя следующие положения:
а) при условии, что Израиль заявит о готовности выполнять резолюцию Совета Безопасности, могли бы быть установлены — сроки поэтапного вывода израильских войск;
б) в день начала отвода израильских войск арабские страны — соседи Израиля, а также Израиль могли бы депонировать в ООН заявление о прекращении состояния войны, признании суверенитета и территориальной целостности государств.
Правительство Израиля, следуя своему агрессивному курсу, под всякими предлогами уклонялось от выполнения мер по реализации решения Совета Безопасности, и в частности саботировало деятельность Ярринга, запутывая проблему многочисленными казуистическими запросами, не имеющими прямого отношения к урегулированию и восстановлению положения, существовавшего до 5 июня 1967 года. Одновременно продолжались провокационные нападения на ОАР.
Советский Союз оказывал политическую и дипломатическую поддержку арабским странам. «Советский Союз оказывает и впредь будет оказывать всестороннюю помощь арабским государствам, подвергшимся агрессии»[48], — заявил Л. И. Брежнев 7 июня 1969 года.
Весной 1969 года Советское правительство проявило важную инициативу, разработав предложения, направленные на содействие политическому урегулированию на Ближнем Востоке. Эти предложения обсуждались правительствами СССР, США, Англии и Франции в апреле 1969 года и сыграли положительную роль, хотя и не привели к соглашению. Участники обмена мнениями продемонстрировали понимание того, что неурегулированность положения на Ближнем Востоке создает угрозу новой войны, отравляет международную обстановку.
Израиль по-прежнему не признавал резолюцию № 242. В зоне Суэцкого канала, на берегах реки Иордан и Голанских высотах столкновения между враждующими армиями в конце-1969 и первой половине 1970 года крайне обострились. Применялись ракеты, авиация, часто высаживались десанты. Продолжение войны стало фактом. Это было отмечено и в докладах. У Тана.
Переговоры в Нью-Йорке между представителями четырех, держав, ведущиеся в рамках ООН, не дали результатов. Египетская, сирийская и иорданская армии усиливали отпор израильской военщине. Стремление Израиля решать ближневосточные проблемы силой вызывало все большее осуждение в ООН. Неизбежным следствием поддержки Израиля Соединенными Штатами явилась потеря престижа американской политики на Ближнем Востоке.
Летом 1969 года каирские газеты опубликовали американский план урегулирования ближневосточного конфликта. Он сводился к поддержке требований исправления границ арабских стран с Израилем, передачи Израилю сектора Газы и Голанских высот, односторонней демилитаризации западного берега реки Иордан и части Синайского полуострова, предоставления израильским судам права прохода по Суэцкому каналу и Акабскому заливу и т. д. Вопрос об Иерусалиме практически оставался открытым. Открытой осталась и проблема палестинских: беженцев.
Когда план стал достоянием гласности, политику США и в Каире, и в других арабских столицах назвали политикой «все для Израиля, ничего для арабов».