В результате пассивности русских корпусов (как тех, которые наступали по большой дороге из Тарутино и после занятия Винкова остановились на левом берегу Чернишни, так и тех, которые под общим руководством генерала от кавалерии барона Л. Л. Беннигсена наступали от Дедневского леса и остановились на линии деревень Рожественно и Круча), отход французских войск к Воронову не встретил затруднений. Общие потери группировки Мюрата 18 октября составили 2795 человек (790 убитых, 426 раненых, 841 пленный и 310 пропавших)[174]. Русские войска потеряли более 1500 человек[175]. Из корпусов французской резервной кавалерии особенно пострадал 2-й, потерявший 806 человек, в т. ч. 104 убитыми, 287 ранеными, 176 пленными и 239 пропавшими (большинство последних также следует причислить к пленным). Среди тех, кто попал в плен, оказался и начальник штаба дивизии Дефранса штабной полковник (adjudant-commandant) барон Ж. Мержес[176]. В 1-м карабинерском полку были ранены 3 офицера (лейтенант Байе, попавший при этом в плен, младшие лейтенанты Пирр и князь де Бово-Краон, которого вынес из боя вахмистр Гийо). Во 2-м карабинерском 1 офицер (капитан Анго) был убит и 10 ранены (полковник барон Бланкар, капитаны Де Прео и Матьё, лейтенант-старший адъютант Сотро-Дюпар, лейтенанты Крево и Прюдомм, младшие лейтенанты Де Майи, Мазукки, Пэи и Дювико), причем трое из них (Матьё, Прюдомм и Дювико) попали в плен. 1-й кирасирский полк потерял 8 офицеров[177]. Об убыли прочих чинов этих трех полков есть данные только по 1-му карабинерскому, который, согласно «Рукописи карабинеров», потерял около 45 унтер-офицеров и рядовых[178]. Тот же источник утверждает, что и 2-й полк имел примерно такие же потери, чему, однако, трудно поверить. Совершенно ясно, что урон рядового состава должен быть соразмерен офицерским потерям. В связи с этим более близким к истине представляется свидетельство бывшего трубача 2-го карабинерского полка К. Шеля, отметившего в своих мемуарах, что вечером 18 октября от его полка оставалось в строю всего 60 человек [179]. Конечно, указанная цифра не означает, что 2-й полк лишился в бою около 140 карабинеров, поскольку в числе отсутствовавших, очевидно, находились и те солдаты, которые потеряли своих лошадей. Можно предположить, что солдатские потери этого полка убитыми, ранеными и пленными составляли от 80 до 100 человек. Исходя из численности обоих карабинерских полков перед Винковским боем, следует признать, что они понесли весьма значительный урон (1-й полк около четверти состава, а 2-й — около половины).
П. В. Митрошенкова
Малоярославец накануне Отечественной войны 1812 года
Сражение за Малоярославец 12/ 24 октября 1812 года, решившее исход войны с Наполеоном, принесло много горя мирным жителям города.
Восстановленный в статусе уездного, Малоярославец в первое десятилетие XIX в. стал понемногу богатеть и благоустраиваться. Все больше появлялось каменных домов, расширялись и выравнивались улицы и площади… После сражения за город, вернувшиеся в него жители нашли лишь обгорелые развалины. Пробитые ядрами главы собора и приходских храмов, разоренный монастырь, всего несколько уцелевших жилых домов… Восстановление города после войны шло трудно и долго. И облик его со временем менялся. Планы и описания города после Отечественной войны 1812 года показывают нам Малоярославец совершенно не похожим на тот город, каким он был до нее. Только церкви не изменили своего местоположения. Представить себе, каким был городок, ставший, по словам графа Сегюра, «страшным полем битвы, на котором закончилось завоевание мира», можно на основе сопоставления отдельных документов ГАКО с описанием города и уезда 1775 года[180], топографическим описанием Малоярославецкого уезда Калужского наместничества 1785 г.[181] и копиями планов города 1768 г., 1808 г., 1810–1811 гг., а также с копиями планов Малоярославецкого сражения, выполненными русскими и французскими картографами[182]. Общее, весьма краткое, описание города на момент сражения дано в работах В. И. Ассонова[183], архимандрита Л. Кавелина[184], А. Е. Дмитриева[185] и А. А. Васильева[186]. Однако, цельного представления о городе, его площади, застройке, занятиях населения в работах названных авторов нет. Не претендуя на полноту освещения данного вопроса, мы попытаемся дать описание Малоярославца накануне Отечественной войны 1812 года, каким оно представляется по выявленным к настоящему моменту архивным материалам.
174
Потери войск Мюрата в бою 18 октября показаны в подлинной ведомости, хранящейся во французском Военно-историческом архиве (Archives Historiques de la Guerre) и опубликованной в приложениях к мемуарам Беннигсена (Bennigsen L. Memoires. T. 3. Р. 264). Согласно этому документу, четыре резервных кавалерийских корпуса потеряли 1180 кавалеристов (1-й корпус — 186, 2-й — 806, 3-й — 161, 4-й — 27) и 209 артиллеристов, 5-й армейский корпус — 1311 человек, 2-я пехотная дивизия — 29, дивизия Клапареда — 54 и три саперных роты под командой полковника Мишеля — 18.
175
В отечественной литературе принято считать, что общие потери русских войск в «Тарутинском сражении» составляли 1204 человека. Однако данная цифра, взятая из официальных документов, фактически включает урон только пяти корпусов армии М. И. Кутузова — 2-го, 3-го и 4-го пехотных, 2-го и 3-го кавалерийских. При этом потери 4-го пехотного корпуса, учтенные в итоговой ведомости, оказались заниженными. В последнюю включены 63 нижних чина, потерянных этим корпусом, тогда как в более полной корпусной ведомости от 18(30) ноября 1812 г. указаны 3 офицера и 110 нижних чинов, выбывших из строя 6(18) октября (РГВИА. Оп. 208а. Св. 0. Д. 107. Ч. 42. Л. 7об. — 8; Там же. Оп. 209а. Д. 64. Л. 29). С учетом этой ошибки итоговая ведомость должна включать 1254 чел. Кроме того, к этой цифре следует прибавить урон казаков Орлова-Денисова, которые, согласно рапорту их начальника от 7(19) октября, потеряли 176 человек (Отечественная война 1812 года. Отд.1. Т. 19. С. 26), а также потери 1-го и 4-го кавалерийских корпусов, не представивших свои ведомости в Главную квартиру. Известно, впрочем, что в 1-м кавалерийском корпусе лейб-гвардии Уланский полк 6(18) октября потерял 53 нижних чина, а лейб-гвардии Драгунский — 23 (Бобровский П. О. История лейб-гвардии Уланского Ея Величества Государыни Императрицы Александры Феодоровны полка. Приложения к 1 тому. СПб. 1903. С. 230; Дубасов Н. В. История лейб-гвардии Конно-гренадерского полка. Т. 2. СПб. 1903. С. 202). У лейб-гусар известно только число убитых нижних чинов 8 (Манзей К. История лейб-гвардии Гусарского Его Величества полка. 1775–1857. СПб. 1859. Ч. 2. С. 77). В месячном рапорте Нежинского драгунского полка от 1(13) ноября 1812 г. (РГВИА. Ф. 489. Оп. 1. Д. 2461. Л. 166об.) отмечено только, что 6(18) октября в полку была убита одна строевая лошадь (раненые люди и лошади в подобных документах не указывались). Таким образом, можно предположить, что весь этот корпус потерял не менее ста нижних чинов. Получается, что вместе с казаками и 1-м кавалерийским корпусом русские войска потеряли в бою при Винково свыше 1500 человек.
176
Bennigsen L. Memoires. Т. 3. Р. 264. Граф Орлов-Денисов в своем рапорте от 7(19) октября 1812 г. указал, что при первой атаке на левый фланг французских войск казаками были пленены «генерал-адъютант» Мержес, 30 офицеров и 475 солдат (Отечественная война 1812 года. Отд. 1. Т. 19. С. 26). Лейб-гвардии Драгунский полк, также действовавший против левого фланга французов, взял в плен 8 офицеров и 325 рядовых (РГВИА. Ф. 103. Оп. 208а. Св. 0. Д. 8. Л. 225об. — 226).
177
Le Manuscrit des carabiniers. P. 541. Martinien A. Tableaux par corps et par batailles des officiers tués et blessés pendant les guerres de l'Empire (1805–1815). Paris. 1898. P. 518–521. У А. Мартиньена в списке офицерских потерь 2-го карабинерского полка за 18 октября отсутствует капитан Анго, но далее упомянут младший лейтенант с такой же фамилией, убитый под Сморгонью 6 декабря 1812 г. В числе раненых офицеров 1-го кирасирского полка он ошибочно указал капитана 9-го кирасирского полка К. Орио, переведенного в 1-й полк только в 1814 г., но при этом не упомянул младшего лейтенанта Ж. де Берлемона.
179
Schehl K. Mit der Grossen Armee 1812 von Krefeld nach Moskau. Düsseldorf. 1912. S. 67–68.
180
Описание города и уезда 1775 г. // Малоярославец. Материалы для истории города XVII–XVIII столетий. М., 1884. С. 34–36.
182
См. план H. Миловидова в кн.: В тылу армии. Калужская губерния в 1812 году: обзор событий и Сборник документов. М., Калуга, 1912. С. 45. И др.
183
Ассонов В. И. Малоярославец и малоярославецкие юбилейные торжества 1912 года. Калуга, 1914. Сс. 11–13; Ассонов В. И. Обзор событий 1812 года в пределах Калужской губернии // В тылу армии. Калужская губерния в 1812 году: обзор событий и Сборник документов. М., Калуга, 1912. С. 42–43.
184
И[еромонах] Л[еонид Кавелин]. Историческое описание Малоярославецкого Николаевского общежительного монастыря. М., 1903. С. 53–55.
186
Васильев А. А. Сражение при Малоярославце 12 октября 1812 года // Малоярославец. Очерки по истории города. Малоярославец. 1992. С. 27.