Отец Иоанн Кронштадтский

Не забывая своего родного севера, отец Иоанн в летнее время, чуть ли не ежегодно, приезжал в село Суру через Архангельск394.

В Архангельске он останавливался на один или два дня и обязательно совершал Литургии в той или иной из многочисленных архангельских церквей. А затем, по просьбам, посещал дома некоторых местных жителей для совершения молебствий.

Помню, как каждый его приезд вызывал среди православного населения Архангельска приподнятое настроение. И всякий стремился, если уж не принять благословение, то хотя бы лично повидать необыкновенного пастыря.

Весьма понятно, что та церковь, где служил отец Иоанн, переполнялась до отказа молящимися.

Будучи в те годы на службе городским приставом города Архангельска, я помню, каких громадных усилий нам стоило тогда поддержание порядка в наэлектризованной религиозным порывом толпе. Особенно было трудно, когда по окончании Литургии отец Иоанн выходил из церкви. Чтобы охранить его от возможности быть смятым толпою, мы окружали его плотным кольцом, и только таким путем можно было пробиться к выходу.

В окружающей толпе начинались возгласы: “Батюшка, благословите! Батюшка, помогите!” Слышался местами приглушенный скорбный плач.

Хорошо сохранился у меня в памяти еще, кажется, последний его приезд в Архангельск летом 1907 года. Приезд его совпал с закладкой в г. Архангельске громадного каменного здания, предназначенного для подворья Сурского женского монастыря395. Самый монастырь находился на месте родины отца Иоанна в селе Суре.

Инициатива этого сооружения исходила от отца Иоанна, и им же были собраны и средства. При закладке здания молебен служил сам отец Иоанн.

Время тогда было неспокойное. Россия переживала так называемую революцию 1905 года. Наша губерния была переполнена политическими ссыльными. Освободившаяся тогда от цензуры печать левого направления усердно обливала грязью всех, кто шел не с ними. Ею была поднята целая кампания против какой-то шайки иоаннитов, находившихся якобы в окружении отца Иоанна396.

Появилась не сходившая со сцены столичных и провинциальных театров злостная пьеса “Черные вороны”397. Все описанное косвенно было направлено по адресу почившего старца, с явной целью дискредитировать его популярность в русском народе.

Несомненно, все эти нападки отец Иоанн видел, и можно себе представить, как скорбел душою этот великий бессребреник и человек, отдавший себя всего на служение ближнему.

И вот когда наконец он, надломленный старостью, болезнью и людской неблагодарностью, ушел от нас в вечность, враги России и тут даже не оставили его в покое. В левой печати ими проявлен был особый интерес к имуществу, оставшемуся после покойного398. Они предвкушали, что найдутся после его смерти миллионы. И лишь тогда только замолчали, когда выяснилось, что великий пастырь как пришел на землю бедняком, таковым же и ушел от нас.

Да, правда, через его честные руки за долгую жизнь действительно прошли миллионы, и все они ушли на дела милосердия. Это общеизвестный факт, не требующий доказательства.

Заложенное отцом Иоанном в Архангельске подворье было вскоре выстроено399. Будучи расположено на одной из центральных улиц города, оно вмещало в себе общежитие для монахинь и иконописную мастерскую. В верхнем этаже его была устроена просторная, в два света церковь, охотно посещаемая местным населением».

_______

От автора. Мне лично пришлось быть в этом подворье за Литургией, после которой настоятель приглашал меня к себе пить кофе400. Это было уже после кончины отца Иоанна.

Завязалась дружеская беседа, и я попросил батюшку разъяснить мне один религиозный вопрос. На это он, ласково улыбаясь, ответил мне:

«Уж этого я никак вам разъяснить не могу. Вот если бы вы попросили меня объяснить вам устройство паровых котлов, то я бы вам это подробно объяснил. Я ведь машинист Ораниенбаумской ветки Балтийской железной дороги, постоянно возивший отца Иоанна из Ораниенбаума в Петербург и обратно. Видя великую силу Божию, постоянно проявляемую через отца Иоанна, у меня зародилась в душе мысль также сделаться служителем Божиим, как отец Иоанн, который дал мне на это свое благословение и устроил меня священником в Архангельское подворье Сурского монастыря».

Глава 12. Отец Иоанн не любил курения табаку

394

Отец Иоанн в летнее время, чуть ли не ежегодно, приезжал в село Суру через Архангельск. — Отец Иоанн ежегодно посещал свою родину, начиная с 1888 г., когда в Суре была произведена торжественная закладка нового каменного трехпрестольного храма во имя Святителя и Чудотворца Николая.

395

...последний его приезд в Архангельск летом 1907 года... совпал с закладкой в г. Архангельске громадного каменного здания, предназначенного для подворья Сурского женского монастыря. — Последний приезд отца Иоанна в Архангельск и закладка каменного здания подворья Сурского монастыря имели место в июне 1906 г. В мае 1907 г. отец Иоанн посетил Суру, но из-за слабости здоровья в Архангельск уже не заезжал (КП-1. С. 45, 207).

396

...какой-то шайки иоаннитов, находившихся якобы в окружении отца Иоанна. — О секте иоаннитов см. примеч. 5 к 1-му тому и 107 ко 2-му тому. В окружении отца Иоанна была некая Порфирия Киселева, получившая прозвище «кронштадтской богородицы». Она создала одну из крупнейших иоаннитских общин сначала в Ораниенбауме, а затем в Кронштадте и являлась центральной фигурой в молитвенных встречах иоаннитов. Отец Иоанн неоднократно публично заявлял о том, что Порфирия никогда не была под его покровительством и что «только глупые невежды-мужики когда-то дали ей такое название; как и мне — имя Христа». В газете «Петербургский Листок» о Порфирии Киселевой Батюшка писал: «Будьте же покойны, читатели “Листка”, касательно Киселевой, и верьте мне, что она не более как больная кающаяся грешница; да ведь и мы все не без греха; и, чтобы вы не соблазнились ее присутствием в Кронштадте, она уедет завтра же в Ораниенбаум. Что же касается сочиненной досужими людьми Иоаннитской ереси, то я сам как строгий ревнитель благочестия никогда не допущу ее, да ее и не было. А была только временная болтовня невежества, и теперь ее нет» (1905. 2 апр., № 83). Тем не менее учение, обожествлявшее отца Иоанна, получило в России достаточно широкое распространение, и Батюшке пришлось совершить несколько миссионерских поездок с целью обличения наиболее ревностных иоаннитов. Скорбь отца Иоанна по поводу этого религиозного заблуждения описана миссионером Д. И. Боголюбовым: «Отец Иоанн, напуганный появлением в народе его неразумных почитателей <...> лично мне говорил в Кронштадте: ’’Своевольничают. И вздор разносят про меня по России. Я их — обожателей разных — в глаза не видывал. Издалека же всех прошу лишь об одном: будьте покорны Матери-Церкви”» (Боголюбов Д. И. О так называемых иоаннитах в русском на роде. СПб., 1909. С. 26).

397

...злостная пьеса «Черные вороны». — Пьеса В. В. Протопопова «Черные вороны», изображавшая сектантов-иоаннитов, была написана в 1907 г. и вскоре была поставлена в Петербурге и на сценах провинциальных театров. Вскоре пьеса была запрещена в результате многочисленных протестов, среди которых особенно значительную роль сыграло выступление в печати епископа Саратовского Никона (Рождественского). Подробным комментарием к ситуации с «Черными воронами» является статья В. М. Скворцова, написанная в форме открытого письма В. В. Протопопову: «Почему для вас мнение г-на Булгакова так авторитетно, когда вам другие, не менее авторитетные в сектоведении специалисты решительно заявили, что идея борьбы с тьмою сектантства чрез сцену хотя достойна внимания, но что ваша пьеса не выдерживает критики с точки зрения сектоведения, что это какая-то карикатура и пародия на сектантские типы и плохо прикрытое глумление над православными святынями, гвоздь же пьесы заключается в осмеянии отца Иоанна Кронштадтского <...> когда выражали ему его почитатели скорбь, по поводу публичного поношения на сцене его имени, — радуясь духом и осеняя себя крестом, так и говаривал: “Слава Богу за все, не все-то славословие, надо и срамословие понести с миром и радостью”» (В. М. Скворцов. Ответ на открытое письмо автора «Черных воронов» отцу Иоанну Кронштадтскому // Колокол. 1908. № 576. 17 янв.). В этой же статье Скворцов сообщает, что Протопопов одно время был коротко знаком с отцом Иоанном, в частности, «сопровождал отца Иоанна при поездках его на пароходе в Архангельскую губернию» (Там же).

398

В левой печати... проявлен был особый интерес к имуществу... — Клевета в адрес отца Иоанна, который, якобы, нажил огромное состояние, характерна для воинствующих атеистов как дореволюционного, так и послереволюционного времени (См. напр.: Юдин Н. И. Правда о петербургских святых. Л., 1966). Между тем сразу по смерти Батюшки была составлена опись его имущества, согласно которой, наличными деньгами осталось всего 26 руб. 50 коп. (см.: Опись движимого имущества в Бозе почившего протоиерея отца Иоанна Ильича Сергиева (Кронштадтского). Кронштадт, 1909. С. 18). Вопросом о наследстве отца Иоанна занимался судебный пристав А. Витович, который в своей брошюре «Наследство отца Иоанна» (б/м, 1909) подробно излагает дальнейшую судьбу оставшихся после Батюшки вещей и денег.

399

Заложенное отцом Иоанном в Архангельске подворье было вскоре выстроено. — Освящение нового здания Сурского подворья в Архангельске состоялось 19 октября 1907 г. По благословению епископа Архангельского и Холмогорского Иоанникия освящение храма подворья в честь иконы Божией Матери «Скоропослушницы» совершил отец Михаил Сибирцев в сослужении городского духовенства. Отец Иоанн в виду болезни не мог лично присутствовать на торжестве. По его поручению с приготовленным им даром на освящение поехал священник Иоанновского монастыря отец Иоанн Орнатский. В местной газете сообщалось: «В святыню храма и в благословение насельницам подворья и обители он прислал в драгоценном ковчежце <...>, заключенном в большом дубовом футляре, частицы мощей 29 святых и частицы Древа Креста Христова <...>. Ковчег этот был привезен накануне освящения храма — 18 октября священником из Петербурга о. Иоанном Орнатским, родственником о. протоиерея Иоанна, и помещен в деревянной часовне подворья. 19 октября посланец Батюшки выразил “благодарность от имени отца Иоанна управляющему губерниею и прочим гостям за участие в празднике”» (Архангельские ЕВ. 1907. № 20. 30 окт. Часть офиц. С. 696). При освящении присутствовали игумения Порфирия, сестры монастыря, многочисленные жители города (КП-1. С. 208). С. 298.

400

Мне лично пришлось быть в этом подворье за Литургией, после которой настоятель приглашал меня к себе пить кофе. — С ноября 1907 г. священником при храме подворья Сурского монастыря в Архангельске служил Димитрий Андреевич Федосихин, переведенный в Архангельскую епархию из Тверской по личному ходатайству отца Иоанна. В письме епископу Архангельскому и Холмогорскому Иоанникию (Казанскому) от 16 октября 1907 г. отец Иоанн писал: «Господь послал мне для церкви Сурского подворья в Архангельске подходящего Священника, недавно посвященного из мирян высокопреосвященным Алексием, Архиепископом Тверским. Давно он был мне знакомым еще будучи мирянином; женатый, имеет двоих детей; глубоко верующий и благочестивый, кроткий и смиренный, лет около 40» (ГАЛО. Ф. 29. Оп. 2. Т. 6. Д. 525. Л. 6 — 6 об). Отец Димитрий пользовался любовью и уважением сестер подворья и прихожан подворского храма.