По окончании торжества собрал господин Поляков всех бедных калек и усадил за столы, которые были приготовлены для духовенства и господ, и сам прислуживал им. Все стали роптать на него, но ничего не могли поделать. Он сказал: «Это мои наилучшие гости, может быть, последний обед с ними кушаю».
Вскоре послал он телеграмму отцу Иоанну, что хочет приехать к нему, но отец Иоанн тоже ответил ему телеграммой: «Нет уже времени тебе сюда ехать, лучше собирайся на далекий путь!...» И действительно, скоро Поляков заболел, пролежал одну неделю, причащался Святых Таин. В один день, когда его семья и кое-кто из знакомых сидели в соседней с больным комнате, — видели, как один монах с крестом из рыбьей кости на груди прошел мимо них и, никого не спрашивая, вошел в комнату больного. Долго сидели все и ждали его возвращения и удивлялись, что он так долго у болящего делает? Начали беспокоиться и пошли в комнату больного. Оказалось, что больной уже мертв, и на груди у него крест, который видели на монахе, а самого монаха нет. Удивлялись, куда мог деться монах, так как другого выхода из этой комнаты не было.
Целую неделю стояло тело покойного Полякова, пока не съехались все дети отдать последнюю честь отцу.
Похоронили его около церкви.
Сообщение В. Голунского, законоучителя гимназии в городе Белая Церковь445
«Архимандрит Феодосий (до принятия монашества — отец Александр Ефимов, настоятель Черниговского собора), будучи законоучителем Кадетского корпуса в городе Белая Церковь (б. Югославия), рассказывал мне о незабываемой встрече своей, еще студентом Киевской Духовной Академии, с отцом Иоанном Кронштадтским, оказавшим впоследствии большое влияние на его пастырскую деятельность и в частности, на выбор супруги отцу Александру — верного друга и помощника в жизни, скончавшейся в России.
Прозорливый отец Иоанн предсказывал отцу архимандриту, тогда еще скромному священнику, что он впоследствии займет высокое и почетное положение, что действительно и исполнилось за несколько лет до праведной кончины отца архимандрита: покойным митрополитом Антонием он был рекомендован как духовник Великому Князю Николаю Николаевичу, в каковом звании и оставался и напутствовал Великого Князя Святыми Тайнами на смертном одре...446
Одновременно являясь духовником и всей семьи Великого Князя, он стяжал их любовь и глубокое уважение вплоть до своей кончины в городе Каннах, где и погребен».
_______
Из этих последних рассказов и множества других повествований, напечатанных в настоящей книге, совершенно ясно, что отец Иоанн был извещаем Господом Богом о предстоящей судьбе тех или других лиц, о разных предстоящих событиях, о том, что происходит вдали от отца Иоанна, что думает или что говорил тот или другой человек.
Какими способами Господь все это открывал отцу Иоанну, нам, грешным людям, не дано знать, но факты налицо и остаются фактами. Дух Святой постоянно открывал отцу Иоанну, что молитва его услышана, что давало отцу Иоанну возможность пророчески говорить, телеграфировать и писать про больных, о коих его просили помолиться: «Будет здоров».
Поэтому единственное, что мы можем сделать и должны сделать, — это смиренно прославлять Господа Бога, давшего такую власть человеку, и всемерно чтить этого Божиего угодника, отца Иоанна Кронштадтского — пророка Бога Вышнего.
Глава 19. Господу Богу угодно, чтобы чудеса, сотворенные Им через отца Иоанна, сохранялись в памяти людей в точности и были переданы ими человечеству
Рассказ полковника Алексея Алексеевича Быкова, живущего в Сербии, в г. Белграде, по Пожаревацкой ул. № 15, собственный дом «Сорок пять лет тому назад, когда я был юнкером Военно-топографического училища в Петербурге, однажды вернулся в училище мой товарищ — юнкер Алексей Любицкий из отпуска, из Кронштадта, где отец его был преподавателем гимназии, и рассказал следующее:
“Моя родственница в Кронштадте, у которой я только что был сегодня, болела давно и очень тяжело какими-то внутренними заболеваниями в связи с болезнями почек и печени.
Родные наши обращались ко всяким врачам и знаменитостям Кронштадта и Петербурга, испробовали множество медицинских средств, возили на воды на Кавказ, но все было напрасно — болезнь не проходила, больная не поправлялась. И вот однажды летним утром, когда окна в доме были открыты, родственники больной слышат голоса под окном: “Вот идет... идет... в нашу улицу завернул”. Родственники, выглянув в окно, издали увидели Батюшку отца Иоанна, идущего от ранней обедни по их улице в сопровождении толпы народа. Мгновенно их осенила мысль — пригласить Батюшку на несколько минут помолиться о больной. Дядя выскочил на улицу и, когда отец Иоанн поравнялся с их домом, попросил Батюшку зайти и помолиться о больной. Батюшка охотно согласился. Войдя в дом, он прошел к больной, положил руку ей на голову и сказал: “Помолимся Господу Богу, Он источник здоровья и болезни, жизни и смерти, — все в Его воле”. Усердно помолившись, Батюшка благословил больную и сказал: “Поправляйся, теперь лето, выздоравливай”. От того часа, — продолжал рассказчик, — родственница моя стала поправляться и вскоре выздоровела совершенно. И вот сегодня я приехал от нее из Кронштадта”.
445
446