Местный врач Маркевич сказал моему отцу по своему простодушию: “Ну, Григорий Максимович, можно заказывать гробик!”
Врачи сказали, что я могу прожить самое большее до 12-ти часов ночи.
Мой отец глубоко религиозный и верующий человек. Он сейчас же пошел на почту и сдал на имя отца Иоанна телеграмму с просьбой молиться о моем выздоровлении и был глубоко убежден, что молитва отца Иоанна поможет. И действительно, в 12 часов ночи произошел кризис, и, к удивлению врачей, я начал выздоравливать.
Я живу сейчас в Чехии, возле Праги.
Адрес мой: Horni-Иеrnольioсе u Prahy; Hotel “Monopol”. N. Kuleša».
Рассказ Олимпиады Ивановны Беляевой
«Лет 40 тому назад в городе Тифлисе Иван Алексеевич Беляев, директор Приказа общественного призрения, заболел водянкой в сильной степени. Врачи сказали, что это неизлечимо. Я, его дочь, послала письмо с деньгами отцу Иоанну, прося отслужить молебен о здравии. В то время, когда по расчету отец Иоанн мог служить молебен, отцу стало лучше, температура упала, опухоль стала опадать, и зуд прошел. Отец был уже старик и совершенно выздоровел и еще долго жил».
Рассказ вдовы адмирала Александры Пономаревой
«Покойный адмирал Владимир Федорович Пономарев, в бытность свою командиром крейсера “Адмирал Макаров”, пришел первым во время страшного землетрясения в Мессину479 на помощь пострадавшим жителям.
Спасая несчастных, он заразился тифом и по повелению Государя был отправлен на своем крейсере в Пирей, в госпиталь, устроенный там Королевой Греческой Ольгой Константиновной480.
Два месяца муж был при смерти, выдерживая все время температуру 40,1°. В отчаянии я телеграфировала моей матери, прося ее отслужить молебен о выздоровлении мужа. Она немедленно (3 марта) отслужила молебен Казанской Божией Матери и у гроба отца Иоанна Кронштадтского.
В ночь с 3 на 4 марта у больного был кризис, а через несколько дней я получила от матери письмо со вложением листка от венка с гроба отца Иоанна, и на листочке было проставлено 3 марта 1909 года. Этот листок и в настоящее время у меня висит, завернутый в бумагу у образа.
Через полтора месяца, 14 апреля, мы двинулись с мужем из госпиталя в Петербург».
Рассказ Бориса Николаевича Сергеевского, Генерального штаба полковника, проживающего в г. Белграде на Дивчибарской ул., 4
«На Страстной неделе 1893 года мать моя, Анна Ивановна Сергеевская, неожиданно тяжело заболела: страшные боли, внутреннее кровоизлияние и ряд признаков, говоривших о катастрофическом положении при поздно обнаруженном случае внематочной беременности. Жили мы в Петербурге. Отец мой, профессор Университета, был в отъезде. Домашние — гувернантка и прислуги — растерялись совершенно. К вечеру стала ослабевать деятельность сердца. Три собравшихся у больной врача предупредили об ожидающейся с минуты на минуту кончине. Горничная, Александра Ивановна Антонова, девушка из Кронштадта, глубокая почитательница отца Иоанна, вместе с кухаркою решили просить телеграммой отца Иоанна о молитве за больную. Телеграмма была послана в 12-м часу ночи (кажется, под Великую Пятницу).
Около часу ночи больная, все слабее метавшаяся в постели, вдруг резко затихла, закрыв глаза. Это продолжалось с минуту. Затем она открыла глаза и слабым голосом проговорила: “Какое блаженство!”, но говоря, увидела искаженное испугом лицо стоявшей в ногах кровати женщины-врача, М. Ф. Колоколовой, лучшего ее друга, и услышала голос одного из врачей: “Пульс, ищите пульс!”, а затем его голос: “Хорошо блаженство!”
Но к их общему изумлению, больной было уже несомненно лучше. Сердце работало сильнее. Около 2-х часов ночи принесли телеграмму на имя горничной: “Помолился, будет здорова. Иоанн”.
Долго, но уже вне опасности, хворала мать. К изумлению врачей, даже оказалась ненужной операция. Образовалась внутренняя окаменелость, которую не удаляли.
Мать скончалась в 1919 году, то есть через 26 лет. Со времени описанного случая она стала очень религиозной».
Рассказ Софии Борисовны фон Дейбнер, вдовы предводителя дворянства Витебской губернии, б. директора Правления Рязанско-Козловской железной дороги.
«Лет 45 тому назад, когда я с мужем Леонтием Ивановичем жили в Москве, муж мой был болен гнойным плевритом. Профессор Клейн сделал операцию и через день приезжал промывать, а лечил профессор Захарьин».
479
480