Когда слух о предполагаемой постройке дошел до отца Иоанна Кронштадтского, известного своей прозорливостью, то он сказал своим собеседникам:
“... С горечью вижу я сооружение этого храма. Но таковы веления Божии. Недолго спустя по постройке его — зальется Россия кровью и распадется на многие кратковременно-самостоятельные государства. И Польша станет свободной и самостоятельной. Но я провижу и восстановление мощной России, еще более сильной и могучей. Но это совершится уже много позже. И тогда будет разрушен Варшавский собор566. И тогда доля испытаний постигнет Польшу. И тогда закроется ее последняя историческая страница. Звезда ее померкнет и потухнет”.
Авторитет отца Иоанна Кронштадтского стоял очень высоко. Его при жизни считали святым. Слова его произвели поэтому большое впечатление: “Русские Ведомости” — единственная газета, рискнувшая их печатать, была конфискована. Пророчество решено было замолчать — однако доложили о нем Царю, и оно произвело на него сильное впечатление.
Сначала Царь хотел отказаться от постройки собора. Его тогда же отец Иоанн Кронштадтский убедил не прекословить воле Божией, — и сбору пожертвований дали ход.
Время шло, и по построении собора легендарные слова отца Иоанна Кронштадтского забылись. Вспомнили же о них в Варшаве только уже в то время, когда разборка собора шла полным ходом. Заинтересовалась одна французская газета — почему рабочие работают так неохотно?
И надо же было случиться, что один из рабочих — старый поляк, еще принимавший участие в постройке собора, — рассказал вышеприведенную легенду корреспонденту влиятельной газеты. А сей последний, вернувшись в Париж, не ограничился ее перепечатанном. Где-то в архивах нашел и извлек на свет Божий польскую эмигрантскую газету, где эта легенда тоже была напечатана в свое время.
Смущение легенда произвела большое».
Письмо свое господин Черкес заканчивает так:
«... быть может, предсказание отца Иоанна не следует публиковать широко, как касающееся Польши, где и без того в настоящее время так угнетается Православие. Не стали бы поносить дорогое для нас имя святителя».
Сегодня, 5/18 сентября 1939 года я, автор книги, пишу эти строки в колыбели Сербской Церкви — Лавре Студенице, где почивают нетленные мощи основателя Лавры святого Симеона Мироточивого и его сына святого Стефана Первовенчанного, короля Сербского, брата святого Саввы.
Кроме разрушения Варшавского собора, поляки несколько месяцев тому назад разрушили около 720 православных храмов, убивали священников, сжигали дома православных, запретили совершать Богослужение на славянском языке, и молиться все должны были по-польски. Незадолго перед тем они разрушили еще несколько православных храмов. Предназначили к разрушению также православный собор в Ченстохово567.
Сегодня исполнилось пророчество отца Иоанна Кронштадтского, изреченное 46 лет тому назад, — звезда Польши потухла и закрылась последняя страница ее истории.
С точки зрения русской интеллигенции это только случайно случившееся совпадение, а не исполнившееся пророчество!
Мне отмщение и Я воздам, — говорит Господь568.
И Грозный Судия живых и мертвых воздал полякам за то, что они, в гордости своей, ополчились на православную веру и совершили такое множество злодеяний.
Глава 74. Учение отца Иоанна о молитве
Я угасаю, умираю духовно, — говорил отец Иоанн, — когда не служу несколько дней569 в храме, и возгораюсь, оживаю душою и сердцем, когда служу, понуждая себя к молитве не формальной, а действительной, духовной, искренней, пламенной570. Люблю я молиться в храме Божием, <особенно> в святом алтаре, у престола и жертвенника, ибо чудно изменяюсь я в храме благодатию Божиею; в молитве покаяния и умиления спадают с души моей <терния,> узы страстей, и мне становится так легко: <все обаяние, вся прелесть страстей исчезаете,> я как бы умираю для мира, и мир для меня со всеми своими благами; я оживаю в Боге и для Бога, для единого Бога и весь Им проникаюсь и бываю един дух с Ним571, я делаюсь как дитя, утешенное на коленях матери; сердце мое тогда полно пренебесного сладкого мира; душа просвещается светом небесным; все светло видишь, на все смотришь правильно, ко всем чувствуется содружество и любовь, к самым врагам, и охотно их извиняешь и прощаешь! О, как блаженна душа с Богом! Церковь — истинно земной рай!572 Какое дерзновение имеешь к Господу и Богородице! Какую чувствую кротость, смирение, незлобие! Какое беспристрастие к земному! Какое горячее желание небесных наслаждений!573 Язык не может изречь того блаженства, которое вкушаешь, имея Бога в сердце своем! С Ним все земное — прах и тлен574.
566
567
570
573
574