Я. В. Илляшевич родился в интеллигентной петербургской дворянской семье605. Отец его, генерал-лейтенант Валериан Яковлевич Илляшевич с 1858 по 1891 годы преподавал математику в столичном закрытом учебном заведении юридического профиля — Императорском училище правоведения и оставил после себя несколько учебных руководств606. Его сын поступил в это привилегированное училище, в котором обучались исключительно юноши из семейств потомственных дворян, непременно занимавших видное положение в обществе (в числе «правоведов», как называли обычно выпускников этого училища, были, например, принц А. П. Ольденбургский, П. И. Чайковский, И. С. Аксаков, А. Н. Апухтин, историк Н. Д. Тальберг, издатель «Гражданина» кн. В. П. Мещерский и многие другие). Выпускники училища получали чины IX-X классов и назначались в различные ведомства Министерства юстиции. Окончив училище в 1891 году, Илляшевич начал службу помощником юрисконсульта в этом Министерстве и к 1900 году имел чин надворного советника, соответствовавший VII классу607. В Российском государственном историческом архиве его послужной список как чиновника Министерства не сохранился, однако издававшиеся ежегодно памятные книжки Училища, в которых содержались сведения не только о преподавателях и учениках, но и о выпускниках, позволяют проследить профессиональную судьбу будущего мемуариста. Благодаря этому можно приблизительно установить и год рождения автора книги «Отец Иоанн Кронштадтский»: как и во всех высших учебных заведениях, выпускники Училища по окончании его достигали двадцати с небольшим лет отроду, следовательно, Илляшевичу, завершившему образование в 1891 году, к 1938 году, когда вышел первый том его труда, было около семидесяти лет.
По материалам этих памятных книжек, он блестящей карьеры не сделал, однако его служебное продвижение носило стабильный и ровный характер: достигнув к 1907 году чина статского советника (гражданский чин V класса), Илляшевич до 1910 года состоял помощником юрисконсульта Министерства юстиции, после чего местом его службы становится петербургский окружной суд. До «генеральских чинов» (соответствовавших I-IV классам) он не дослужился — в 1917 году Яков Валерианович значится по-прежнему статским советником, продолжая служить одновременно по двум ведомствам: помимо Министерства юстиции он значится состоящим «сверх комплекта» по 2-му департаменту Правительствующего Сената за обер-прокурорским столом608.
В эти же годы он стал членом петербургского Общества в память отца Иоанна Кронштадтского: 9 ноября 1909 года состоялось первое заседание «избранных общими собраниями 22 октября и 4 ноября членов правления, которые закрытой баллотировкой избрали из своей среды на должность Председателя прот. А. А. Дернова, товарищем председателя вдову генерала от инфантерии А. Н. Прокопе, казначеем свящ. И. Н. Орнатского и секретарем статского советника Я. В. Илляшевича»609.
Исполняя свои секретарские обязанности и, в частности, ведя переписку Общества, Илляшевич постоянно общался с людьми, близко стоявшими к отцу Иоанну610, и это обстоятельство придает особую ценность его книге. После того как 8 апреля 1910 года Яков Валерианович был избран председателем комиссии по собиранию сведений о прибегающих к помощи Общества, он, помимо ближайшего окружения Батюшки, стал знакомиться со множеством людей, обращавшихся к Кронштадтскому пастырю, поскольку в Общество шли как к самому отцу Иоанну611. Таким образом автор будущей книги оказался на пути людских потоков, которые текли к отцу Иоанну, и тем самым получил возможность улавливать все обращенные к Батюшке голоса.
Уже достаточно рано Илляшевич начинает осмысливать роль отца Иоанна в церковно-общественной жизни. Его имя наряду с другими докладчиками встречается, например, в газетном сообщении о торжественном собрании по случаю первой годовщины Общества, проходившем 19 октября 1910 года в 8 часов вечера в зале Общества религиозно-нравственного просвещения в духе Православной Церкви: «После доклада отца А. А. Дернова о деятельности Общества будут предложены чтения: 1) “Несколько воспоминаний об отце Иоанне” священника Иоанна Николаевича Орнатского 2) “Характер благотворительности отца Иоанна Кронштадтского и Общества его имени в сравнении с современной благотворительностью вообще” статского советника Якова Валериановича Илляшевича 3) “Отец Иоанн Кронштадтский как подвижник” студента Ш курса Петербургской Духовной Академии Василия Прокофьевича Тарасова»612. Тогда же Илляшевич начинает собирать сведения о молитвенной помощи отца Иоанна. Так, в четвертую годовщину смерти Батюшки он выступал на чтениях в Соляном городке (зал общественных собраний в Петербурге), где прочитал доклад «Два случая проявления дивной силы молитвы и могущественно-действенной силы веры отца Иоанна Кронштадтского»613.
605
По сведениям, сообщенным автору настоящей статьи председателем Европейского общества генеалогии и геральдики в Эстонии Владимиром Николаевичем Илляшевичем, их род принадлежал к сословию российского потомственного дворянства. В XVIII том «Общего гербовника российских дворянских родов» 24 марта 1905 г. был внесен род российских потомственных дворян Илляшевичей по генерал-лейтенанту Валериану-Станиславу Яковлевичу Илляшевичу с сыновьями — полковником Евгением Валериановичем (с женой и детьми) и коллежским советником Яковом Валериановичем (с женой Надеждой Петровной и детьми Валерианом, Николаем, Петром и Еленой). Правительствующим Сенатом был утвержден родовой герб «Пеликан».
606
См., например:
607
Памятная книжка Императорского училища правоведения на учебный 1900-1901 г. СПб., 1900. С. 131.
608
Памятная книжка Императорского училища правоведения на учебный 1910-1911 г. СПб., 1911. С. 135. Столом назывался особый разряд дел внутри отделений департаментов.
609
610
Так, в 1912 г. в состав правления Общества входили наряду с поименованными выше протоиереями Александром Дерновым и Иоанном Орнатским свящ. Михаил Прудников, свящ. Николай Гронский, купец Василий Павлович Крутов, гр. Софья Сергеевна Игнатьева
611
Характерно, что современники воспринимали помощь Общества именно как дело самого Батюшки: когда 20 декабря 1909 г. Общество устраивало поминальные обеды для бедных, «возвращавшиеся с обеда говорили шедшим обедать: “Хорошо накормил нас дорогой Батюшка. Милостив был при жизни, милует и после смерти”». (Там же. С. 19).