— Этого я достиг только привычкою. Научиться быстро сосредоточиваться в молитве, овладеть собою — это большая задача. Путем продолжительной работы над собою можно достичь этого. Очень тут необходимо покаяние, быстрое воспроизведение в своей душе образа Христова или Креста Господня и полное сознание своей духовной загрязненности и беспомощности.
— Научите, Батюшка, бороться с унынием в деле пастырства, — обратился другой из присутствующих, — сначала бывает страшное уныние от собственной греховности; опускаются руки, когда вспомнишь слова: Врачу, изцелися сам237... Учительство в голову тогда не идет. И сейчас же — уныние.
— Это напрасно, — ответил отец Иоанн. — Тут нужно помнить о долге. Мысль о долге должна принудительно и ободрительно действовать на пастыря. “Ты уполномочен Церковью, ты должен делать”, — эта мысль должна и одушевить пастыря и, конечно, разогнать всякое уныние. И это уныние — от врага!
— Но вот, Батюшка, еще вид уныния, — от хульных помыслов, которые появляются в голове в самые священные минуты Богослужения.
— Ну, а это уныние, — энергично сказал отец Иоанн, — прямо от недостатка веры вашей. Хульные помыслы нужно презирать; борьба здесь не нужна и вредна; просто не нужно обращать внимания! Но если какие бы ни были помыслы доводят до уныния, это бывает уже от слабоволия, значит, вы даете этим помыслам время господствовать над вами, пожалуй, даже ими соуслаждаетесь... Отсюда уже только вытекает уныние! Так до уныния не нужно доводить душу свою! Неужели вы не знаете, как Господь скоропослушлив, как быстро Он исполняет все просьбы ваши? И вот вы в самом же начале горячею молитвою отгоняйте от себя всякое смущение душевное; в надлежащее время захваченное молитвой греховное настроение вовсе исчезает и довести до уныния истинно и горячо верующего человека никогда не может.
— Но вот, Батюшка, — продолжает совопросник, — еще особенно тяжелое состояние уныния я переживаю при виде торжествующего зла.
— Вот это другое дело. Это поистине тяжело переживать: подобное состояние и мне приходится часто переживать. Тут нужно укреплять себя молитвою и твердо верить, что Господь силен даже самое зло обратить, Ему одному ведомыми путями, на добро.
После этого Батюшка имел время вести частную беседу о современном пастырстве и его задаче. Он говорил, что дело пастырства в настоящее время затрудняется все более и более; борьба пастыря постепенно становится все более утонченною, и тем более пастыри должны быть на высоте своего призвания. Пастырь в своем настроении должен всецело отрешиться от всяких себялюбивых настроений, должен уподобиться библейским пастырям в их “стоянии в духе”. Для этого пастырям необходима полная осторожность и сосредоточенность, всегдашнее распятие себя ради своей паствы.
Разговор далее перешел на современную жизнь. Батюшка обратил внимание на настроение современного общества.
— Удивительная болезнь явилась нынче — это страсть к развлечениям. Никогда не было такой потребности к развлечениям, как нынче. Это прямой показатель того, что людям нечем стало жить, что они разучились жить серьезною жизнью, трудом на пользу нуждающихся и внутреннею духовною жизнью, и начали скучать! И меняют глубину и содержание духовной жизни на развлечения! Какое безумие! Точно дети, лишенные разума! А между тем, развлечение — это уже общественный порок, уже общественная страсть! Вот куда должно пастырям направить свои силы; они должны внести в жизнь утраченное ею содержание, возвратить людям смысл жизни. Но, конечно, пастыри должны сами себя к тому подготовить...
Пастыри должны от этих пагубных развлечений охранить и наш народ. Он пока не знает еще развлечений: народ знает честный, здоровый труд, он знает праздник, — день отдыха и молитвы. А ему вместо отдыха предлагают развлечение, часто нескромное, вредное! И сколько же у людей должно быть самообольщения, чтобы свои испорченные вкусы прививать народу, по своим бессмысленным взглядам переделывать жизнь.
Пастыри должны быть на высоте своего призвания!”
Эти простые и на первый взгляд “случайные” беседы отца Иоанна с пастырями мы считаем вообще чрезвычайно ценными, а особенно в наше время всеобщего распада, падения, пленения нас злом, изгнания из родной страны. Отец Иоанн оставил после себя неиссякаемое духовное богатство в виде своих книг (“Моя жизнь во Христе”) и проповедей, напечатанных в нескольких томах. Но если бы даже все эти произведения ныне были бы всем доступны, то и тогда эти две живые беседы прекрасно дополняли бы творения угодника Божия, которым прославил Господь Святую Русь накануне ее тяжких испытаний. Ни одно слово столь великого для нас человека, как отец Иоанн, не может быть лишним, не должно быть забыто и пренебрегаемо, тем более слово, сказанное им русским пастырям, убеленным сединами, в наставление и не просто, не случайно сказанное, а по велению Божию, как засвидетельствовал сам отец Иоанн.