Прекраснейшие воспоминания детства: вся семья собирается у радио, идет «Джек Бенни» или «Великий Джилдерслив». Были свои передачи и для нас, ребятишек: «Сиротка Анни», «Одинокий ковбой».
Когда передавали «Войну миров» Орсона Уэллса[32], мы все так и прилипли к радио: мама и бабушка ломали руки, то и дело хватаясь за нюхательную соль, а дед прикидывал, какие запасы надо уложить в машину и драпать в горы. Все мы настолько уверились, что инопланетяне непременно явятся в городишко Пресная Вода, штат Невада, что, позвони в эту минуту кто-нибудь нам в дверь, мы бы все до единого в штаны наложили.
Не забуду я и речку Гумбольдт, самую извилистую в мире, на заросших ивами берегах которой в жаркие летние дни мы играли в Тома Сойера и Гекльберри Финна. В нежном возрасте отцы снабдили нас ружьями 22-го калибра и выпроводили в окружавшую город пустыню. Я содрогаюсь ныне при мысли о бессмысленных расправах, которые мы без зазрения совести учиняли над дикими обитателями природы, однако изобилие животных было таково, что их не под силу было истребить даже необузданной городской молодежи. Сколько бы зайцев и шакалов мы ни пристрелили, они только еще пуще плодились.
На такой вот вылазке, что обычно совершались по субботам, я получил один из самых ценных уроков в своей жизни. Охотничий отряд наш состоял из Вонючки Дэвиса, его дворняги Фрици, Фредди Вудса, моего лучшего друга, и Джерри, моего коварного кузена. То был жаркий, безветренный день в пустыне — даже со стороны реки ни малейшего дуновения. Мы потихоньку крались под ивами, окаймлявшими речку Гумбольдт, высматривая мишень, — все, что движется, мы готовы были тут же поразить огнем своих верных винтовок.
Фрици не был красавцем, но он был верный пес с непогрешимым инстинктом, помогавшим отыскивать все живое, где бы оно ни затаилось: вспугивал все, что бегало, летало или ползало по земле, а наш «эскадрон смерти» открывал беспорядочную стрельбу, стараясь лишь не попасть в собаку или кого-нибудь из своих.
Около полудня мы устроились под сенью ив и перекусили припасами, которыми снабдила нас в тот день моя бабушка: домашний хлеб, тонко нарезанные ломтики бекона, свежий, хрустящий салат и домашние пирожки. Мы не сознавали, насколько нам повезло: мы росли в самом сердце скотоводческого и овцеводческого региона страны и потому даже в разгар «депрессии» чертовски хорошо питались. Круглый год на столе у нас были мясо, картошка и молоко.
После ланча мы разлеглись в тенечке и принялись болтать про то, как в скором времени мы подрастем, проберемся в бордель и за изрядную сумму в два доллара расстанемся с невинностью.
Фрици рассчитывал получить награду за утреннюю работу — подошел ко мне и плюхнулся на спину, подставляя брюхо. Почесывая его, я заметил у пса на члене клеща и, будучи добрым самаритянином, извлек его. Фрици неправильно меня понял и тут же вывалил большую красную морковину, за которую его могли бы наградить синей ленточкой на собачьей выставке в Уэстчестере. Я, урожденный придурок и любитель посмешить людей, сделал псу одолжение, несколько раз хорошенько дернув его за разбухшую штуковину под восторженные крики моих товарищей-обормотов. После этой краткой сцены с участием Фрици мы закончили ланч и возобновили полуденное избиение дичи, совершенно позабыв об этом эпизоде.
Вечером, после обязательной воскресной ванны — нам всенепременно предписывалось принимать ее, нуждались мы в ней или нет, — я сидел в гостиной у Вонючки, беседуя с ним и с его родителем, как вдруг явился Фрици, прямиком направился ко мне и с ходу принялся обнимать мою ногу. Я старался не обращать внимания на столь несвоевременное излияние песьих чувств, но тут, к моему ужасу, увидел и почувствовал, как мерзкий, мокрый, ярко-красный хрен собачий трется о мою ногу! Не знаю, как в 1936 году обстояло дело в других местах, но в городе Пресная Вода, штат Невада, десятилетний мальчишка навеки опозорился бы, если б в такой ситуации потерял голову.
Я на себе ощутил истинность древнего выражения «вся моя жизнь промелькнула у меня перед глазами». Я ударился в панику, и в мозгу у меня так и вспыхивали всевозможные ужасные догадки, подсказанные нечистой совестью: «Господи, его папаша знает, что я обслужил этого дурацкого пса! Эта задница Дэвис катается по дивану, вон уже весь посинел, пена идет изо рта, так он старается не расхохотаться. Если он рассмеется, мне конец. Его папаша все вычислит и расскажет моему деду! Как я объясню это своим старикам? „Знаешь, деда, хм-хм, я тут лежал, и этот глупый пес вроде как почувствовал симпатию ко мне и…“ О черт! Мне конец!»
32
Джек Бенни (1894–1984) — американский комик, шоу которого строилось на повторявшихся из передачи в передачу гэгах. «Великий Джилдерслив» — радиосериал 1940-х годов. «Сиротка Анни» — комикс (с 1924 г.), с 1931 г. — радиосериал о приключениях отважной девочки. «Одинокий ковбой» — герой радиосериала (с 1933 г.), а затем телесериала (1949–1965). Имеется ввиду паника в США, вызванная радиоспектаклем, поставленным Орсоном Уэллсом (1915–1985) в 1938 г. по фантастическому роману Герберта Уэллса (1866–1946) о нашествии марсиан (1898).