Возможно, ему следовало быть более осторожным в том, чего он желал.
— Я знаю. Я тоже не могу. Я еду на мероприятие, — сказал он в тишине, которая последовала за его заявлением, — и я собираюсь поговорить с Эдриеном Ридом, потому что это нужно сделать. Рид ожидает, что мы будем играть в его игру — реагировать на толчки, которые он нам дает.
— Думаешь, он этого не предвидел? Что ты увидишь записку и спросишь с него?
— Возможно, — ответил Этан. — Скорее всего. Но я сомневаюсь, что он думает, что мы сделаем это в общественном месте.
Я не думала, что так оно и есть, нисколечки. Но спорить с ним не было смысла. Он поедет, даже если это будет без меня. И будь я проклята, если он сделает это без меня.
— Я открыто заявляю, что не считаю это правильным курсом.
Его брови приподнялись. Конечно же, я с ним спорила, но то было проявлением самолюбия и стебом. Не часто я говорила ему, что его стратегия откровенно неверна.
— Но это не имеет значения, — сказала я. — Поскольку я иду с тобой несмотря ни на что. — И это было чуть ли не самым худшим. — Что мне надеть?
— Вечерний туалет. Я что-нибудь тебе найду.
Это-то как раз и было тем, чего я боялась.
***
Думаю, это можно было назвать платьем, хотя с большой натяжкой. От-кутюр, определенно. Трендовое, определенно. Но «платье» не совсем подходит.
У него было две части, обе насыщенного черного цвета, который предпочитал Этан. Первая часть была тугим черным комбинезоном — лиф с сердцевидным вырезом, без рукавов, который сидел как корсет и заканчивался парой облегающих шортов. Они прикрывали то, что нужно было прикрыть, но и то едва ли.
Но была еще и вторая часть. Это была юбка, созданная из слоев чернильно-черного шелка, одной из любимых тканей Этана. Она соединялась с комбинезоном на талии, но была полностью открыта спереди. Когда я не двигалась, выглядело так, будто бы я надела черное бальное платье без рукавов. Но стоило мне пошевелиться, как шелк разделялся, открывая шорты, мои ноги и черные босоножки на шпильках с ремешками, которые также одобрил Этан.
Я прошлась от одного конца апартаментов к другому, направляясь кошачьей походкой к зеркалу в полный рост, наблюдая, как юбка развевается вокруг и позади меня, когда я двигаюсь. Трудно злиться на него в «платье», которое выглядит так хорошо. Оно легло по фигуре, как перчатка, отчего мои ноги стали выглядеть на миллион километров длиннее, и ему даже удалось увеличить мои невыдающиеся изгибы.
Я собрала волосы в узел на затылке, добавив утонченные жемчужные сережки, которые были частью моего семейного наследства, и выглядела я, как часто это бывало, когда Этан выбирал мой наряд, фантастически.
Он был властной задницей, но он знал, как произвести впечатление.
Из открытых дверей Оперотдела доносились волнительные возгласы.
Когда я вошла, Люк, взъерошенные волосы которого падали ему на лоб, склонился над столом. Перед ним лежал сложенный в треугольник сверток из бумаги. Линдси сидела на другом конце стола, опершись на него локтями, ее пальцы были расставлены в имитации ворот. Он пристроил кончик треугольника под пальцем, а затем отбросил его щелчком.
Пока полдюжины охранников наблюдало за ними, ожидая, затаив дыхание, бумажный футбольный мяч пролетел по воздуху к воротам. Бумага попала в ее правый указательный палец, отскочила и упала на стол, в семи сантиметрах от цели.
— Нехорошо! Нехорошо! — прокричал Броуди, недавно принятый охранник, размахивая своими длинными руками как рефери НФЛ[43]. Линдси поднялась и «дала пять» Келли и Джульетте.
Люк поднял свои кулаки к небесам.
— Нет! — прокричал он драматично. — Я же мог стать претендентом!
«В порту»[44], — догадалась я. Люк любил цитаты из фильмов.
Линдси шагнула к нему, с гордостью вскинув подбородок.
— Думаю, тебе всего лишь нужно подучиться, — сказала она, тыкая пальцем в его грудь.
— Лучше два из трех? — спросил он, поморщившись.
— Не в твоей жизни. — Она взяла его за плечи, развернув ко мне. — Тебе нужно разобраться с кое-чем другим.
Люк посмотрел на меня, и улыбка исчезла с его лица, когда он посмотрел на платье и туфли. А затем он стал выглядеть прямо-таки злым… и возможно немного сочувствующим.
43
Национальная футбольная лига (НФЛ) (англ. National Football League (NFL)) — профессиональная лига американского футбола в США.
44
«В порту» (англ. On the Waterfront) — классическая американская драма Элиа Казана 1954 года о коррупции в профсоюзах портовых грузчиков. Главную роль исполняет Марлон Брандо. Картина завоевала восемь премий «Оскар» (1955), включая за лучший фильм года, четыре «Золотых глобуса» (1955), специальный приз жюри Венецианского кинофестиваля (1954) и множество других наград.