Конечно, было бы наивно зачислять все духовенство в разряд обманщиков, корыстолюбцев и властолюбцев на том основании, что такие люди встречаются в среде духовенства. Конечно же большинство священнослужителей— люди глубоко, искренне верующие. И нет ничего удивительного в том, что, когда из церкви уходят их коллеги, столь же искренне и глубоко веровавшие, занимавшие высокие посты и пользующиеся большим авторитетом и среди рядовых верующих, и среди духовенства, их пытаются всеми силами вернуть обратно, в лоно церкви. Нечто подобное произошло и с Александром Александровичем Осиповым.
На следующий день после того, как А. А. Осипов передал ректору ленинградских духовных академии и семинарии протоиерею М. Сперанскому свое «Известительное послание», к А. А. Осипову пришел домой Г. П. Миролюбов, руководивший в академии ведущей кафедрой догматического богословия, и передал ему письмо, в котором просил не выступать публично против религии.
«…Я Вас по-прежнему люблю, — писал, в частности, Миролюбов. — Мне тяжело, что такой большой ум попал в сети антирелигиозников и атеистов.
Сбросьте их. Карьеру, труд, службу при Вашей талантливости Вы будете всегда иметь. Но пощадите «малых сих», верующих, которым Вы доставите страдания своими антирелигиозными выступлениями…
Еще раз прошу Вас трудиться на любом поприще жизни, но не быть вместе с атеистами, антирелигиозниками. А вера придет, равно и прощение…»[2]
Даже из приведенных строк ясно, что это было письмо искреннего, убежденного в своей правоте человека. Но ведь и Александр Александрович Осипов, уйдя с церковной службы и порвав с религией, был не менее искренне убежден в правильности сделанного им шага. Миролюбов не собирался уговаривать Осипова вернуться в лоно церкви. Тогда в чем же был смысл письма? В той позиции, которую должен занять Осипов по отношению к религии и к верующим! И вот здесь, в позициях сторон, наглядно продемонстрировалась разница между характером нравственности человека религиозного и убежденного атеиста.
Будучи сам глубоко уверенным в истинности религиозных взглядов, ученый-богослов Миролюбов широко проповедует и доказывает истинность своих убеждений. Любой здравомыслящий человек согласится с тем, что с его стороны было бы справедливо признать такое же право и за А. А. Осиповым. Но как раз в этом-то Миролюбов и отказывает Осипову, заклиная его не выступать публично, то есть держать свои убеждения при себе и не отстаивать их! Нравственно ли требовать от человека, чтобы он скрывал свои убеждения? Нравственно ли лишать его свободы совести? Искренний ответ на эти вопросы может быть только однозначным. И нет ничего удивительного, что А. А. Осипов опубликовал и письмо ученого-богослова, и свой развернутый ответ на него.
«Вы просите, — писал Осипов, — «не выступать публично во имя вечности», памятуя, что «все земное — миг, а душа вечно будет мучиться без Христа…»
Да, вечность — слово великое. И должен Вам признаться, что я тоже ушел во имя вечности. И тоже из сознания, что жизнь наша только миг, а потому и нельзя терять время, пока этот миг еще длится для нас. Нельзя!
Но вот содержание в понятие «вечность» мы с Вами вкладываем не одинаковое…»[3]
Откуда же взялось религиозное понятие вечности? Конечно же из Библии, которая для каждого христианина является «словом божиим», откровением божиим «свыше» миру «дольнему». И Осипов подвергает Библию хотя и короткому, но прекрасно аргументированному анализу, из которого следует, что Библия не только не «богодухновенна», но что сама Библия при внимательном и объективном ее исследовании напрочь опровергает эту версию. А исследуя историю и практику христианства, Осипов не менее убедительно показывает, что оно, как и любая другая религия, зародилось вполне естественным путем и стало отражением в фантастической форме естественных условий жизни и потребностей человеческого общества…
Когда А. А. Осипов заявил о своем разрыве с религией и с церковью, ему было без малого пятьдесят лет. Профессор кафедр священного писания Ветхого завета и древнееврейского языка ленинградских православных духовных академии и семинарии, бывший их инспектор, магистр богословия, протоиерей… И вдруг — такой шаг! Почему? Во имя чего?
Во имя истины, отстаиванию которой и посвятил он всю оставшуюся жизнь.
Прекрасный знаток Библии и православного культа, блестящий публицист и талантливый литератор, Осипов все свои знания и недюжинные способности использовал для научной, глубоко аргументированной критики религии, для пропаганды высоких, подлинно нравственных принципов материалистического, марксистско-ленинского мировоззрения.