В осколках костей отражается красный глаз.
Я знаю его, прекрасно знаю, и этот глаз говорит об ужасном преступнике, хотя я пока не могу понять, о ком именно он говорит.
Это мрачное место, в котором я оказался, и мрачный свет замерзших во времени факелов, горящих неподвижным безжизненным пламенем. Меня окружают мертвые, я чувствую на себе их взгляды. Тяжесть их обвинений подобна проклятию, если можно воспользоваться бранным словом древних.
Это место, хотя и принадлежит смерти, отличается пугающей красотой. Величественные статуи жнецов в плащах с опущенными на лица капюшонами и злых ангелов с застывшими, но выразительными лицами украшают просторные бульвары кладбища.
На границе поля зрения что-то мелькает, нечто слишком ярко окрашенное для этого унылого места. Существо шныряет между высокими статуями, это падальщик, которого здесь просто не может быть. Я замечаю его вытянутую морду и ржаво-коричневый мех с темными пятнами на кончиках ушей и лап.
Канис люпус. Представители этого вида исчезли тысячи лет назад, и вот один из них оказался здесь.
Я не биолог, но почему-то уверен, что это существо здесь не погибнет. Волчья тень мелькает у меня на пути и приближается с каждым мгновением, хотя я размахиваю руками и громко кричу на него. Убедившись, что волк не намерен отказываться от преследования, я игнорирую его присутствие и сосредоточиваюсь на своей цели.
Моя цель — это чудовищная статуя, которой не было здесь еще секунду назад, но теперь она возвышается над окрестностями, как огромная ракета, поднявшаяся из пусковой шахты. Это фигура крылатого безликого ангела, высеченная из странного матово-черного камня. С широких плеч слетает костяная пыль, и ее накапливается так много, что можно засыпать какой-нибудь из терранских городов-ульев далекого прошлого. Как каждый, кто посвящен в учение Магнуса, я понимаю символизм могущественных сил природы и прекрасно знаю, что они предвещают времена великих потрясений.
Я чувствую чье-то присутствие в статуе, из-под гладкой безликой поверхности выглядывает нечто злобное.
Раз я чувствую его присутствие, оно точно так же чувствует мое приближение.
В небе над только что появившейся статуей возникает блеск тусклого металла и золотых башен. Над городом-мавзолеем неподвижно повисает космический корабль. Его небесно-голубой корпус сильно обгорел, и только перламутровые штрихи опознавательного символа его хозяина напоминают о том, что судно когда-то принадлежало Тринадцатому легиону. Название корабля выгравировано на борту стометровыми буквами, округлые литеры вытравлены на адамантиевой броне в доках Калта.
«Арго».
Мне знакомо это судно. Это корабль-призрак, сожранный изнутри кошмарными существами, рожденными непреодолимым ужасом. У них покрытая красной чешуей кожа, маслянисто-черные языки и глаза, в которых отражается любая дурная мысль. Все, кто был на этом корабле, погибли, и их смерть наваливается огромной тяжестью на сознание осмелившегося приблизиться.
Он убежден, что это его вина. Я это знаю, хотя его уверенность так же непоколебима, как и смехотворна. Что он мог сделать такого, чтобы навлечь на огромный корабль столь ужасную гибель?
Но глупо думать об этом в таком месте, где истина и ложь в одно мгновение могут перенестись на огромные расстояния. Я прибегаю к околичностям, аллегориям и аллюзиям, но заявляю с полной уверенностью — ирония меня еще не покинула.
Только тогда я замечаю, что не один, что вокруг меня есть другие существа.
Я обращаю на них внимание и вижу, что все они мертвы. Это, должно быть, призраки. Они замедляют шаги и пытаются рассказать о том, как они умерли, но их речи безумны, и я не могу их попять. По своей собственной воле они стали отверженными мертвецами. Каждый пришел к смерти по одному ему известным причинам, будь это слава, гордость, тщеславие или жажда знаний.
Исключительно благородные мотивы.
Я вслушиваюсь в их обреченные мантры и отсылаю их к сияющему маяку, свет которого достигает самых дальних уголков Галактики.
Тот, о ком говорило Око, тоже здесь.
Глава 10
ПРЕТОРИАНЦЫ
РАСКОПКИ ПСИХИКИ
КРОВЬ СЕБЯ ЗАЩИТИТ
Глубоко под вершиной, известной под названием Ракапоши,[26] находится темница Легио Кустодес, где от всего остального мира надежно изолированы личности, подозреваемые во враждебных намерениях по отношению к Императору. Стены тюрьмы, вырубленные в известняковом массиве, облицованы адамантиевыми пластинами, которые невозможно пробить практически никакими снарядами, и уж тем более их не пронзят вопли невинных.
26