– Привет, папуль, – шепчу я, выходя из спальни и сворачиваясь калачиком на диване в гостиной. – Где ты?
Он бормочет что-то вроде Энсонстрит, и я спрашиваю, вызвал ли он такси.
– Мне не нужно такси, – невнятно отвечает он. – Я в порядке, просто не могу найти свою машину.
– Пап, пообещай, что не будешь садиться за руль, хорошо? Скажи мне название бара.
Естественно, сперва он начинает со мной спорить, но это длится недолго: сейчас он для этого чересчур вымотан и пьян. Поэтому я ставлю его на громкую связь и, пока к нему едет такси, продолжаю с ним говорить. Как обычно, его злость на судьбу сменяется слезами. Он говорит то же, что и всегда: что ему никогда не везло, что он не справился, что был плохим отцом.
Мне больно это слышать, больно осознавать, что он так многого хотел, но оказался настолько далек от претворения этого в жизнь. Мне двадцать шесть, но сейчас у меня такое ощущение, словно я опять в старших классах и, как и тогда, проявляю чудеса ловкости, чтобы удерживать нас на плаву и не дать нам утонуть в этом несчастье; совсем как в те времена, я жду, пока он благополучно доберется домой и ляжет спать, после чего позволяю себе тоже предаться слезам.
Глава 4
Я не понимаю, зачем люди покупают чертовы хлебопечки. Знаете, сколько хорошего хлеба можно купить за сто пятьдесят долларов? Много. Много отличного хлеба, на любой вкус и цвет, причем совершенно не напрягаясь.
Хлебопечки – как отношения. Не знаю, зачем кому-то отказываться от свободы, от всего разнообразия вкусов, чтобы быть лишь с одной девушкой. Мало того, обойдется это намного дороже любой хлебопечки – помнить все важные даты, навещать ее семью, выслушивать занудные истории о том, что подружка А сказала подружке Б. И все эти усилия даже не гарантируют, что у вас будет секс. Я наблюдаю, как через это проходят мои друзья, один за другим: сначала их ждут потрясающие несколько недель, затем – месяцы унылого дерьма вроде походов на рынок или игр в «Экивоки»[2], а секс становится немного скучнее и все реже с каждой неделей.
Все мои приятели выказывают беспокойство, когда это случается с одним из них, как будто такой исход стал какой-то гребаной неожиданностью. И тогда они все хвалят меня за умение избегать обязательств, что тоже довольно глупо. Отношений необычайно легко избегать, если понимать всего пару простых вещей: не нужно приглашать на свидание девушку, которая не собирается с вами спать, и не нужно спать с теми девушками, которые будут ждать, что на следующий день вы им позвоните. Вот и все.
Все знают, что я живу по этим правилам, поэтому просьба моего брата держаться подальше от Эрин Дойл, лучшей подруги его невесты, вызывает у меня откровенный смех. На самом деле, Уилл даже озвучивает это как условие, на котором он согласится помочь мне устроиться на работу в его прежнюю туристическую компанию.
– Эрин?– усмехаюсь я.– Ты действительно думаешь, что меня нужно предупреждать, чтобы я держался подальше от Эрин?
Именно таких девушек, как Эрин, я избегаю – тех, которые хотят сначала шесть месяцев держаться за ручки, а после одного свидания оформляют подписку на журнал для невест. Мы с ней виделись всего пару раз, но я уже понял, что это за девушка.
– Сделай одолжение нам обоим, – говорит Уилл, – и перестань притворяться, будто она тебя не привлекает.
– Да ни за какие блага мира я бы не стал с ней встречаться! – При одной только мысли об этом у меня возникает чувство, словно мне нечем дышать. – Будь она даже единственной женщиной на планете.
Разумеется, это было до того, как я устроился в эту турфирму. Когда я захожу в офис в первый рабочий день, меня там ждет Эрин собственной персоной, и я застываю на месте. Она изменилась – Уилл мог хотя бы упомянуть, насколько привлекательной она стала! А еще, оказывается, я и забыл, какие у нее губы (сам не знаю как), но это не имеет значения. Эрин ласково улыбается мне, и я сразу понимаю, что она все та же девушка, которая хочет отношений, как в пятидесятых: с браслетамибутоньерками, предложением руки и сердца и целомудрием.
Я уже скопил почти достаточно, чтобы уехать из этого места, и не позволю ни одной девушке – пусть даже с такой внешностью – помешать моим планам.
Широко улыбаясь, Эрин усаживается на стойку для регистрации и начинает болтать ногами (которые теперь выглядят намного длиннее и стройнее). Наверное, раньше мне не доводилось видеть ее в шортах.
2
Настольная игра, которая развивает коммуникативные навыки, умение понимать друг друга без слов и быстро принимать решения.