Филистимлянин, поднявшись, пошёл навстречу Давиду, а Давид сунул свою руку в сумку и взял один камень, и, вложив в пращу, метнул и поразил филистимлянина, и камень вонзился под шлем в его лоб. И филистимлянин упал лицом на землю, а Давид, подбежав [и] вынув его меч, отсёк его голову. Филистимляне, увидев это, побежали, а израильтяне погнались вслед за ними и поражали их. (См. 1 Цар. 17:48–49, 51–52).
Подобное сражение было некогда в христианское время при царе Максимиане, у которого был некий весьма прославленный могучий борец по имени Люй. Он был огромен и силен и убил множество своих противников. И Максимиан похвалялся им, будто не найдётся человека против его нечеловеческой отваги. Узнав об этом, некий юноша христианской веры по имени Нестор, бывший родственником святого мученика Димитрия, преисполнился божественной ревностью, ибо видел многих умерщвляемых силачом, чем тот хвалился и гордился. И он побежал к святому Димитрию, а от него, укреплённый молитвой к Богу, побежал в цирк схватиться с борцом и убил Люя. Беззаконный царь Максимиан, увидев это и разгневавшись, приказал обезглавить Нестора. И он предал свою душу Господу в двадцать седьмой день октября[1096].
Когда царь Саул с победой входил в город Иерусалим, то хор девушек встречал его хвалебными песнями, [играя] на тимпанах и кимвалах и восклицая: «Саул победил тысячи, а Давид — десятки тысяч!» И Саул разгневался на Давида и с того времени искал [случая] убить его. Давид же, поняв это, испугался и скрылся от лица Саула. (См. 1 Цар. 18:6–8).
Давид был во всем единодушен с Ионафаном, сыном Саула. И однажды Саул сказал своему сыну Ионафану: «Почему сын Иессеев не пришел ни вчера, ни сегодня ко мне на трапезу?» И отвечал Ионафан своему отцу Саулу и сказал: «Давид отпросился у меня сходить в свой город Вифлеем и поэтому он и не пришёл к твоему обеду, царь». И сильно разгневался Саул на Ионафана и сказал ему: «Сын коварных женщин, которые перечат и лукавят, сами себя оправдывая и прощая! Ты вскормлен женщинами и перенял их злонравие, ибо вскормлен их молоком! Разве я не знаю, что ты подружился с сыном Иессеевым (то есть с Давидом) и не даёшь мне убить его?! На срам себе ты делаешь это, и на позор откроется срам матери твоей! Ведь Давид ищет моего царства, а ты с ним дружишь; когда Давид отнимет у меня царство, то ты останешься ни с чем на посмешище, а другие откроют блуд твоей матери и не стыдясь начнут сплетничать. Ибо во все дни, доколе сын Иессеев будет жить на земле, не устоит царство твоё; теперь же пошли схватить юнца, ибо он обречён на смерть». И отвечал Ионафан своему отцу: «За что умирает и в чём Давид провинился перед тобой?» Саул метнул копьё в своего сына Ионафана, чтобы поразить, и Ионафан понял, что его отец окончательно озлобился и убьёт Давида. Ионафан выскочил из-за стола в великом гневе. (См. 1 Цар. 20:27–34).
Саул пошёл со своими воинами искать Давида, чтобы убить его. Давид спустился в узкое ущелье и скрывался в пещере, а Саул решил переночевать у пещеры. Ночью Давид пошёл в его стан и отрезал край от верхней одежды Саула, [показав, что] не замышлял убийства Саула, и той же ночью он ушёл на вершину горы. Когда настало утро, взмолился Давид и сказал: «Царь Саул, зачем ты гонишься за мной, слушая речи людей, говорящих: „Вот, Давид ищет твоей души?” Вот, сегодня видят глаза твои, что Господь предавал тебя в мои руки, но я не злоумышлял против тебя, ибо ты Божий помазанник». Сказав это, он ушёл в пустынное место, где и скрывался. (См. 1 Цар. 24:3–5, 10–11, 23).
Затем «умер Самуил, великий пророк Израиля, и погребли его в доме его, в Раме» (1 Цар. 25:1).
И вот Давид снова, взяв Авессу, пришёл в стан Саула. Вся стража спала вокруг Саула. Авесса сказал Давиду: «Этой ночью Господь предал тебе твоих врагов; вот и копья их лежат возле них; [теперь я поражу его копьём] и не повторю удара». Но Давид сказал Авессе: «Не убивай его, ибо кто, подняв руку на царя, останется ненаказанным, ибо он — помазанник Господень; однако возьми копьё, которое у его изголовья, и сосуд с водою». И, взяв [это], они ушли. (См. 1 Цар. 26:7–9, 11–12).
В ту же ночь Давид пришёл и встал в узком месте на пути Саула на вершине горы. Оттуда он воззвал к Авениру, воеводе Саула, и сказал ему: «Не воин ли ты, известный в Израиле? Отчего ты не бережёшь господина твоего, царя, ибо приходил один из воинов, чтобы убить господина твоего, царя. Жив Господь! Вы же все достойны смерти, ибо не бережёте своего господина. Не это ли копье царя в моих руках и сосуд с водою, что были у изголовья его?» Саул узнал голос Давида, а Давид, увидев царя, сказал: «За что преследуешь меня, царь Саул, раба своего? Чем я согрешил перед тобой или какая на мне нашлась неправда? Однако ты гонишь меня, как ночного ворона, через горы». Давид отдал копье одному из слуг Саула и ушёл в землю иноплеменников к царю Анхусу, сыну Маоха, царю Гефскому. (См. 1 Цар. 26:13–18, 20, 22; 27:2).
1096
Кратко рассказывается житие родственника св. великомученика Димитрия Солунского — св. мученика Нестора, пострадавшего 27 октября 306 г. в г. Фессалониках. Гонитель Нестора император с титулом августа Максимиан, отрёкшийся вместе с Диоклетианом от власти в 305 г., но в 306 г. вновь вернулся к ней. Обстоятельства его смерти в 310 г. доподлинно неизвестны. Сходство жития св. Нестора с историей Давида и Саула — в реакции правителя на победу благочестивого воина.