К тем Иосиф возвысил свой голос, сказав: «За что, братья, гневаетесь на меня? Какое зло я сделал вам? О каком моем зле вы слышали? Разве я от начала и до конца не слушал вас? Не за добро ли вы воздаёте мне злом, братья?» Этим же Господь наш Иисус Христос говорил: «Что Я сделал вам или чем раздосадовал? Вашим слепцам Я даровал зрение, прокажённых очистил, человека поднял с одра, вы же чем Мне воздаёте? За манну вы теперь принесли Мне желчи и за воду в Мерре вы напоили Меня уксусом?»[730]
Тем Иосиф ещё сказал: «Мой отец плачет всякий день о Рахили, неужели вы, братья, хотите прибавить моему отцу другой плач — обо мне? Отпустите меня, отпустите, братья, чтобы не померкли очи Иакова, не сводите его в ад!» Здесь ты пойми, окаянный жидовин, каков смысл слов о втором плаче и что такое помрачение очей Иакова. Когда пришли и схватили Иисуса, Он сказал им: «Пророков, посланных от Моего Отца, вы избили; теперь же вы совершаете другое, предсказанное пророческими устами».[731] Когда Господь наш Иисус Христос был вознесён на кресте, «тьма была по всей земле» (Мф. 27:45) и померкло в глазах иудеев. Что касается слов «свести старость в ад», то Господь наш Иисус Христос родился в роде Иакова, будучи по возрасту прежде века, — Он сошёл в ад и вывел падшего обманом Адама, а с ним и великих патриархов вывел Он, наш Господь, и самого Иакова[732].
«И бросили братья Иосифа в ров, в котором не было воды» (Быт. 37:24). Так и Христа положили в новом гробе, из которого Он воскрес без истления. «Братья Иосифа увидели, вот, купцы идут в Египет, и сказал Иуда братьям своим: „Что пользы, если мы убьём брата нашего? Пойдём, продадим его измаильтянам, а не будем проливать его кровь”. Всех братьев обрадовали слова Иуды» (Быт. 37:25–27). Так, когда Господь наш Иисус Христос даровал свою благодать роду человеческому, а иудеи завидовали его благодати, Иуда Искариот сказал им: «Что вы дадите мне, и я вам предам Его?» (Мф. 26:15); слова Иуды обрадовали их, и «они предложили ему тридцать сребреников» (Мф. 26:15). «Тогда сбылось реченное через пророка [Иеремию]: дали цену Оценённого, Которого оценили сыны Израиля, — тридцать сребреников» (Мф. 27:9).
Тот Иуда замыслил продать Иосифа для того, чтобы он не был убит своими братьями; хотел он и изо рва его вытащить, если бы тут оказался его брат Рувим, но так как единомысленного с ним Рувима там не было, он задумал продать, чтобы не пролили крови своего брата. Иуда же Искариот не таков: он замыслил предательство путём обмана и радовался убийству Иисуса Христа.
«Братья вытащили Иосифа из безводного рва и продали измаильтянам. Иосиф же, пострадавший от своих братьев, ведомый иноземцами измаильтянами, пошёл в Египетское царство» (Быт. 37:28). Так и Господь наш Иисус Христос, приняв страдание от иудеев, воскрес из гроба и взошёл на небо к своему Отцу, несомый бесплотными ангелами в Царствие Небесное.
Купцы отвели Иосифа в Египет. Братья Иосифа сказали: «Не станем проедать денег, [полученных] за Иосифа, ибо это цена его крови, но купим себе сапоги и растопчем цену его». Так же сделал и Иуда Искариот: взяв мзду — серебро за предательство Иисуса Христа, — раскаялся, бросил тридцать сребреников пред людьми, сказав: «Я предал кровь невинную» (Мф. 27:4). Народ же, «взяв серебро, сказал: „Непозволительно положить их в казну, потому что это цена крови, но купим на них землю горшечника для погребения странников”» (Мф. 27:6–7).
Гад, сын Зелфы, седьмой сын Иакова, сказал: «Братья, не тужите, что сказать нашему отцу, но заколем козла, выпустим кровь на одежду и скажем отцу Иакову: посмотри, не Иосифа ли, брата нашего, эта одежда?» (см. Быт. 37:31–32). Они обрадовались этим словам, и закололи козла, и замарали кровью одежду Иосифа. Так же и с Господа нашего Иисуса Христа, Царя мира, совлекли одежды и о Его плаще метали жребий.
«Братья Иосифа послали его разноцветную одежду к отцу Иакову, сказав: „Мы это нашли в горах; где Иосиф, мы не знаем, но думаем, что хищный зверь съел его”» (Быт. 37:32–33). Когда Иаков увидел одежду своего сына, он возопил горьким плачем и с рыданием сказал: «Дитя моё, сын мой Иосиф! Зачем ты ныне погиб, [ушёл] от моих очей! Вот, я кладу твои ризы пред своими глазами: ты, дитя, обагрил её кровью, а я кроплю её слезами. Увы мне, увы мне! Грудь моя стеснилась о тебе, Иосиф, и кости тела моего рушатся о тебе, Иосиф, сын мой. Если бы я знал, где твоё тело, я пошёл бы и растерзал свои седины над твоей красотой, сын мой Иосиф! Я уже не хочу жить, не видя тебя, Иосиф! Я видел в тебе чудный источник целомудрия, но горит моё сердце, любимое моё дитя, о тебе, Иосиф! Чем я смогу утешиться, не видя тебя, Иосиф! Но вот твоя одежда — она приводит меня в смущение; я вижу: твоя одежда не разорвана, но снята человеческими руками; зверь не имеет такой повадки, чтобы сначала снять [одежду], а потом съесть; если бы ты был съеден зверем, твоя одежда была бы растерзана на многие части; но вот, я не вижу на ней ни следов зубов, ни разрывов от когтей; если же зверь раздел бы тебя, твоя одежда не была бы в крови».
731
Буквально этих слов в Евангелиях нет, но Иисус Христос неоднократно говорил об избиении пророков (см.: Мф. 5:12; 23:30–37; Лк. 11:47–50; 13:34), а также пророчествовал о своей крестной смерти и воскресении (см.: Мф. 26:56; Лк. 18:31–33; 24:25–27; 24:44). —
732
Об этом рассказывается в апокрифическом «Евангелии Никодима» (см.: Апокрифы–1999. С. 825 и след.). Это «Евангелие» было составлено иудео-христианином и состоит фактически из двух разных произведений: «Деяний Пилата» и «Сошествия Христа во ад», из которых последнее отражено в Палее. Литературную обработку см.: Лесков Н. C. Сошествие во ад.