«И радовались о нём в последние дни»: Он есть начало и конец, ибо Он изначала привёл все от небытия к бытию, о Нем проповедовали пророки, и мы радуемся о Нём до последних дней[806].
«Вы же, дети мои, сохраните заповеди Господни и чтите Иуду и Левия, ибо от них произойдёт агнец Божий», то есть от колена Иуды и по чину Левия Он принял первенство (главенство).
«Благодатью спасая все народы Израиля»: пойми же, Израиль, что будут спасены не одни евреи, но все народы; пока Он не родился, Он спасал один Израиль, родившись от Пречистой Девы, Он призвал к спасению все народы[807].
«Царство его царство вечное»: подумай, не указывает ли он на того агнца от девы, царство которого не пройдёт во веки?[808]
И сказав это, он (Иосиф) вытянул ноги на своём одре и уснул вечным сном. И оплакивали его весь Израиль и Египет, ибо он, словно часть [их] тела, страдал с ними. Иосиф прожил 110 лет и умер.
Потом, когда на следующий год[809] Рувим, старший сын Иакова, заболел, он призвал к себе своих братьев и детей и обратился к ним со словом покаяния, сказав: «Я согрешил с Валлой, служанкой своего отца, и если бы мой отец не умолил Бога, то ангел Господень убил бы меня. Я же в течение семи лет не вкушал вина и масла, и мясо семь лет не входило в мои уста из-за греха прелюбодеяния. Ныне же послушайте, дети, Рувима, вашего отца. Я видел семь духов обольщения, посылаемых от врага, они становятся началом юношеских поступков, они искушают всякого человека всю его жизнь; они не природные сущности человека, [необходимые] для деятельности всякого человека: 1) дух жизни, с ним совершается путь; 2) [дух] зрения, с ним приходят мысли; 3) [дух] слуха, с ним даётся учение; 4) [дух] обоняния, с ним постигается запах силой вдохов и выдохов; 5) [дух] речи, с ним приходит понимание; 6) [дух] вкуса, с ним приходят вожделения, [но] через него еда и питье созидают крепость, ибо в пище есть сила крепости; 7) [дух] семенного зачатия, с ним приходит грех сластолюбия, поэтому он есть дух созидания, а в отрочестве, исполнившись безрассудства, он приводит юношу, как слепца, в пропасть или, как скотину, к обрыву. И над всеми ими — дух сна, с ним возникают ужасные видения и образы смерти.[810] С этими чувствами соединяются духи обольщения: 1) дух блуда прилепляется к природе; 2) дух ненасытства в чреве; 3) дух вражды в сердце и в желчи; 4) дух тщеславия и высокомерия, который посредством чародейства представляется хорошим тому, кто не умеет видеть; 5) дух гордыни, хвалящийся и высокомудрствующий; 6) дух лжи, чтобы приносить погибель, возбуждать зависть и скрывать свои мысли от родных и домашних; 7) дух неправды, а с ним воровство и клевета; чтобы совершить угодное сердцу, неправда всё делает с прочими духами. Главенствует над духами дух сновидений, в котором коварство и наваждение.[811]
И так погибает всякий юноша, помрачая свой ум и не заботясь жить по заповедям Божиим, не слушая поучений своих отцов, как и я пострадал в своей юности. И ныне, дети, не смотрите на женщин. Если мысль устремится на женскую наготу, она не даст мне покоя, пока не совершу мерзкое и злое перед Богом. Слушайте, дети мои, Левия, ибо он понимает закон Божий, и устроит вам суд, и принесёт жертву за весь Израиль до последних времён первосвященника Христа, о котором сказал Господь».
Заметь же, жидовин, как хорошо Рувим указывает на первосвященника Христа, Который за всех принял смерть, будучи по [чину] Левия первосвященником, и Которого Господь избрал от Иуды, чтобы Он царствовал над всеми людьми и чтобы они поклонились колену Иуды, ибо Он умрёт за вас в бранях видимых и невидимых. Ты же как следует пойми, что такое невидимая брань. В невидимой брани никто из земных не может помочь, ибо как он может помочь, не видя? Невидимый же ратник есть диавол. Но призыванием имени Бога, Который родился от колена Иудова, — им побеждается диавол[812]. Подумай также ещё над тем, что он сказал: «И будет Он царь вечный». И как усмотрел Рувим, что от Иуды родится вечный царь?! Кто из земных может пребывать вечно?! Вечностью называется то, что было прежде сотворения мира, Он же и после кончины мира пребывает во веки.
И возвестив это, умер Рувим, первый сын Иакова и Лии, прожив 125 лет.
Вторым сыном Иакова был Симеон. И он, когда настал день его кончины, призвал к себе своих сыновей и братьев и обратился к ним со словом, сказав: «Хотя душевное и телесное мужество даётся человеку Всевышним, я в годы моей юности позавидовал Иосифу, моему брату, и коварный Сатана послал дух зависти[813], и он ослепил мой ум, и я старался убить Иосифа. Но Бог его и Бог отца моего избавил его от моей руки и не дал мне совершить этого злодеяния. И ныне, дети мои, берегитесь коварного духа, который возбуждает зависть, ибо зависть, приходя от врага, овладевает всеми помыслами человека[814] и делает его навсегда безутешным, но всегда побуждает убить того, кому завидуешь, он же всегда процветает в страхе Божием. Завистник всегда пребывает в беспокойстве, ибо зависть делает душу неразумной, а тело изнуряет страданиями. Зависть возбуждает в мыслях вражду и усобицы, склоняет к убийству, отнимает сон, беспокоит душу. [Надо] смотреть в мыслях на человека как на творение Божие, но диавольский дух возбуждает злобную зависть и распаляет воображение в дурном направлении, мучит душу, приводит в дрожь тело, порождает ссоры. Дух зла вливает свой яд, чтобы не вспоминать о милосердии. Я же, поняв это, изнурил свою душу постом: я понял, что зависть уничтожается страхом Божиим. Когда наш брат Иосиф был в Египте, он мог отомстить мне за моё зло, но Иосиф, наш брат, будучи добрым человеком, не помянул совсем нашего зла, каким мы согрешили перед ним, но мыслил о нас так, что мы послужили промыслу Божию».
806
По характеру толкования ясно, что Составитель Палеи осознавал всю неприемлемость присутствующего в апокрифе смысла, который позволяет сделать вывод о приурочении конца мира к первому пришествию Христа (см. коммент. 788), поэтому сомнительное утверждение подправляет собственной аллегорической трактовкой.
807
Ср.: Мф. 28:19. Концептуальной правке толкователя подвергается и другой неприемлемый для христианина постулат, обосновывающий узко-национальное понимание проблемы спасения, как спасения уготованного исключительно народам Израиля (ср. коммент. 788). Предложенное Составителем переосмысление можно расценивать как завершение христианской переработки исходной древнеиудейской основы апокрифа. В антииудейском полемическом сочинении такого рода идейная правка более чем уместна. Сам факт её говорит о последовательной позиции богослова, не обходящего неоднозначные и сложные вопросы.
808
Данное толкование, как и предшествующие авторские разъяснения сохранившихся в апокрифическом ветхозаветном тексте мессианских мотивов, создавало определённые затруднения для Составителя (ср. коммент. 788, 791, 792). Видимо, по этой причине комментарии носят изъясняющий характер, тогда как обычно в толкованиях преобладает полемический элемент.
809
Другая дата смерти Рувима указана в греческой версии апокрифа «Заветы двенадцати патриархов»: он скончался через два года после Иосифа (см.: Апокрифы–2000. C. 209). Если для уточнения даты придерживаться хронологии книги «Малое Бытие», указывающей даты рождения патриархов и длительность их жизни, то можно обнаружить, что Иосиф родился на 11 лет и 7 месяцев позже Рувима, так как Рувим родился в 9 месяц 1 года 3 седмины, а Иосиф в 4 месяц 6 года 4 седмины (см.: Апокрифы–2000. С. 163–164). Исходя из разницы в длительности жизни (125 лет — 110 лет), следует считать, что Рувим умер через два с небольшим года после Иосифа; таким образом, более ранние источники опровергают эту дату Палеи.
810
Раздел о духах в «Завете Рувима» вписывается в палейную концепцию ангелологии (см. коммент. 28), но вместе с тем в апокрифе приводится достаточно дробная градация функций ангелов-посредников. Если в онтологической и космологической частях роль ангелов сводится к управлению различными сферами мироздания, то здесь идёт речь об антропологической специализации духов, от которых, как от ангелов стихий в мироздании, зависит действие той или иной функции человека. «Завет» даёт оригинальную, не известную другим произведениям древнерусской письменности трактовку механизма познания, сводя сенсорный процесс познания к возбуждениям, которые происходят от бесплотных сил. Важнейшие физиологические проявления организма также поставлены под контроль духов. Все жизненные качества человека и отдельные его органы рассматриваются не во взаимодействии друг с другом, а как некие автономии, подчиняющиеся в своём функционировании внешним силам. Предлагаемая антропологическая модель искусственна. В ней проигнорированы самые элементарные сведения по физиологии, которыми располагала позднеантичная и средневековая наука. Человек здесь рассматривается как инструмент, управляемый некой внешней силой с помощью исполняющих высшую волю духов.
811
В завете Рувима подробно разработана целая «теория» психофизиологических оснований греховности, согласно которой поведение человека всецело зависит от «духов прелести», посылаемых от «врага» и управляемых его действиями. Всего действуют семь духов, причём, соединяясь с чувствами и органами человека, они порождают разнообразные пороки. Эти духи постоянно помогают Сатане держать в своей власти человечество. Согласно «Заветам двенадцати патриархов», порочная жизнь человека оказывается обусловленной чисто внешними по отношению к нему причинами. Внутренних побудительных мотивов апокрифическая «механика» в данном случае не предусматривает.
813
В греческой версии апокрифа нет слов о подчинении духов зависти Сатане, поэтому можно говорить об авторской правке, приводящей апокрифическую концепцию властвующих над человеком многочисленных духов (ср. коммент. 796) к характерным для Древней Руси представлениям о бесах-искусителях — падшем ангельском чине Сатаны, властвующего над своим воинством (об этом подробнее см.: Апокрифы–1999. С. 92–94).
814
Согласно предложенной трактовке, дух зависти действует как бес-искуситель, оставляя за человеком права свободного выбора. Такого права не предусматривает изложенная в «Завете Рувима» концепция духов (ср. коммент. 796).