И всё же, направляясь на завтрак, я ощутила, что эта мрачность при пробуждении практически полностью рассеялась, и обнаружила, что практически с нетерпением жду того, что принесёт грядущий день.
Глава 44. Рождество
— Не совсем привычное тебе Рождество, да? — спросила я Поттера.
Мы сидели на ступеньке и пялились в окно на снег. Для битвы снежками было недостаточно учеников, но парочка лепила снеговика. Мне было интересно, собираются ли они оживить его.
Смогу ли я когда-нибудь сделать шляпу как у Cнеговика Фрости?(29) Может быть, создание шляп, способных анимировать тела, вызовет зависть у Сортировочной Шляпы. Это даже не обязательно должен быть снеговик; оживление трупов, скорее всего, будет более полезно, и у них не будет всей этой проблемы с теплом и огнём.
Конечно, снеговика легче сделать, чем трупы, по крайней мере, поначалу, но летом от них не будет толку, так что, скорее всего, нет. Или, может быть, я смогу оживлять мусор, вроде того, что делал Сочник.
Гарри Поттер всхрапнул.
— Ага... это Рождество просто фантастика. Единственное, что могло бы сделать его лучше, если бы Рон остался и был рядом. А в этом году мне взаправду подарили подарки, и люди счастливы, что я нахожусь рядом с ними.
— Должно быть мило, — сказала я. — Тебе следует радоваться, что ты не оказался в конечном итоге в Слизерине. То, что ты полукровка — это нормально, но убийство старичка Волди, вероятно, задело бы кого-то за живое.
— Ты же его совсем не боишься, не так ли? — спросил он, странно глядя на меня. — Все остальные, даже взрослые, в ужасе от него.
— Он маленький симптом гораздо большей проблемы, — ответила я. — Как и большинство Тёмных Волшебников, по крайней мере, насколько я могу судить.
— Что ты имеешь в виду? — медленно спросил он.
— Это проблема с волшебным сообществом, — объяснила я. — Вообще-то, отчасти и с маггловским обществом тоже. Есть люди, которые не получают честного шанса, возможности самим определять свою судьбу... Тёмный Волшебник возникает и говорит им, что он даст этот шанс, но новое правительство, созданное им, заканчивает так же плохо, как и предыдущее.
— Ты ведёшь себя так, словно Тёмные Волшебники иногда побеждают, — сказал Гарри, выглядя удивлённым.
— Конечно побеждают... я читала книги по истории. Просто, если они побеждают, то их, как правило, не называют Тёмными Волшебниками. Они считаются праведными и правильными. Историю пишут победители, или, по крайней мере люди, которые пытаются перед ними выслужиться.
— У тебя довольно-таки определённые идеи о том, как все устроено, — сказал он. — Мне казалось, слизеринцы гораздо гибче.
— Ты имеешь в виду, что они следуют за кем угодно, лишь бы у него была власть? — спросила я. — Вероятно, так оно и есть. Но тогда надо, чтобы был кто-то, кто считал бы, что знает всё лучше, чем все остальные, или никогда ничего не будет сделано.
— Что?
— Ну... ты слышал о супергероях из комиксов, так?
— Вроде Бэтмена или Бананамэна,(30) — ответил он.
Бананамэн? Неважно.
— Верно. Ну, супергерои считают, что всё должно происходить определенным образом. Обычно именно так всё и обстоит. Суперзлодеи так же сильно верят, что всё следует изменить. Из-за того, что супергерои, как правило, на стороне правительства, они получают все благоприятные отзывы в печати.
— Так что, суперзлодеи не плохие?
— Некоторые из них очень плохие, — сказала я. — Но не все из них так плохи, как остальные. Хотя они все получают одинаковый ярлык. То же самое и с Тёмными Лордами. Кто-то, настроенный революционно, получает этот ярлык, хотя на самом деле лишь пытается изменить всё к лучшему.
— Мне казалось, ты сказала, что они ничего не улучшают?
— Обычно нет. Некоторые из них намереваются, но власть как наркотик, особенно власть над другими людьми. Даже если они не падают жертвами этого наркотика, их последователи могут пасть, или если не они, то их потомки.
— Так что, Сама-Знаешь-Кто — не плохой?
— Его люди пытали других, пока те не сходили с ума, — ответила я. — И он пытался убить младенца, безуспешно. Эта комбинация зла и некомпетентности довольно-таки опасна.
Он вытаращился на меня, затем коротко рассмеялся:
— Вот так и доверяй слизеринцу, чтобы он затем посмеялся над тем, что разрушило мою жизнь.
Я пожала плечами:
— Со всеми случаются ужасные вещи. Вопрос в том, встанешь ли ты, стряхнешь с себя пыль и сделаешь что-то с проблемой, или решишь лечь и умереть. Сдавшийся — не прав всегда.
— Не каждый может быть... тобой, — сказал Гарри. — Иногда у тебя нет никакой силы, чтобы что-то изменить.
Конечно, он был прав. Когда меня травили Эмма, София и Мэдисон, я практически ничего не могла сделать. Я могла попытаться дать отпор, но это привело бы только к ещё большей боли.
29
Frosty the Snowmann — снеговик, персонаж популярной рождественской песенки.
На русский его имя можно перевести как «Снеговик Морозко»
30
Bananaman — вымышленный персонаж, фигурирующий в британских комиксах. «Бананамэн» — пародия на традиционных супергероев, его изображают как школьника, который превращается в мускулистую фигуру с капюшоном, когда он ест банан