Я встала и подошла к ним.
— Ты знаешь, почему мы здесь, Рон? — спросила я.
Он уставился на меня, помотал головой.
— Потому что хотим выжить. Мы с Гермионой маглорожденные… и Пожиратели Смерти хотят убить нас всех до единого. Миллисент, Трейси и Гарри — полукровки. Они будут следующими.
Он нахмурился.
— Но мы-то чистокровные, — проговорил он. Долгую секунду он смотрел на меня. Я почти расслышала, как щёлкают шестерёнки в его голове. — И наш папа на стороне Министерства.
Похоже, он не настолько глуп, как обычно притворяется.
— Рано или поздно, они придут и за вами, — сказала я. — Именно так зло побеждает — когда хорошие люди не замечают его, пока оно не напало на них лично.
— Мы же первокурсники, — слабо запротестовал он. — Почему именно мы должны сражаться?
Этот вопрос показывал, что он уже наполовину согласился со мной. Оставалось только дожать.
— Меня дважды за этот год били проклятием Круциатус, — сказала я. Технически, один из этих раз произошёл не со мной, а с Милли, но сейчас я делала акцент на другом. — И не меня одну.
Рон резко обернулся:
— Тебя?..
Поттер пожал плечами и кивнул.
— Рождественские каникулы выдались у нас непростыми, — сказала я. — Я решила открыть это вам, потому что сейчас единственные люди, которые в курсе — это дети пожирателей Смерти.
— Уоррингтон, — сказал Рон.
— Ага, — ответила я. — Он обиделся на то, что его отец умер.
— Ты убила его отца?
— Он сам себя убил, — сказала я. — Когда пришёл по наши с Гарри души сюда, в школу. Они не смогли попасть внутрь, но могло ведь и получиться.
Близнецам я уже рассказала — они слышали какие-то неясные сплетни, распространяемые детьми Пожирателей. Я сомневалась, что произошедшее и дальше получится держать в секрете. Ученики задавались вопросом о причинах смерти Уоррингтона и о том, почему он вообще решил напасть на меня именно так, как он это сделал.
— Безопасных мест не существует, — продолжила я. — Поэтому мы должны быть наготове.
— Мы не сможем драться со взрослыми! — сказал он. — Я почти никакой магии не знаю!
— Я научу вас не-магическим способам выживания, — сказала я. — По большей части они сводятся к побегу.
Поттер удивительно хорошо умел прятаться и избегать нежелательных встреч. Когда я его спросила, он пробормотал что-то про «Охоту на Гарри», но подробности рассказывать отказался.
— Лучшее, что вы можете сделать — удивить их, а затем спрятаться, — сказала я. — И даже это не поможет вам остаться в живых, если они знают поисковое заклинание. Это означает, что вам нужно попытаться вывести их из строя, а затем бежать до тех пор, пока не окажетесь за пределами действия заклинания. И после этого не останавливаться.
Мальчишка смотрел на меня широко распахнутыми глазами. И тем не менее, он именно слушал, а не пытался оспорить мои слова, что я посчитала хорошим знаком. Я сомневалась, что Крэбб или Гойл вообще смогли бы понять, что я пыталась до них донести.
— Хогвартс расколот, — сказала я. — Иметь черты лишь одного Дома — недостаточно. Если хотите выжить, нужно быть смелым, как гриффиндорец, но и одновременно хитрым, как слизеринец. А также соображать, как ученик Рэйвенкло.
— А Хаффлпафф? — спросил он.
— Быть таким же упорным и трудолюбивым, — сказала я. — И именно такая верность, как у них, потребуется тебе и твоим друзьям. Люди, прикрывающие друг другу спину, имеют куда больший шанс выжить. Другие же…
Он содрогнулся.
Хорошо.
Поттер описывал его как парня умного, но расхлябанного и не имеющего цели. У него, кстати, и с общением были кое-какие проблемы, но этим он среди членов нашей группы не выделялся. Я подозревала, что по этому признаку мы здесь и собрались — популярные ученики были слишком заняты поддержанием своей популярности, чтобы тратить время на какие-то там учебные группы.
Итак, мы были бандой неформата.(37) С этим я могла работать.
— Тот факт, что ты здесь, означает, что ты немного умнее других, — сказала я. Разумеется, это была ложь. Он был здесь потому, что был другом Поттера, и Поттера напрягало от него постоянно таиться. И тем не менее, поглаживание чужого эго благоприятно сказывалось на морали.
В армии новобранцев ломали, а затем дрессировали с нуля в том ключе, в котором это было необходимо военным. Я пока что не могла сделать с мальчишкой того же самого; он не давал своего согласия, и просто побежал бы жаловаться родителям.
Если верить его братьям, в его подсознании скрывалась подспудная тревожность, ощущение небезопасности. Вполне вероятно, братья и были причиной этого. Также вполне возможно, что самые непривлекательные черты его характера также брали своё начало в этом подавленном страхе.
37
Не могу не упомянуть, что исходная фраза героини: «So we were a band of misfits» является отсылкой к команде из её прошлого мира, носившей название «Неформалы».
Также, существует отлично подходящий под контекст британский сериал «Misfits» (в русской озвучке «Отбросы»).
Не знаю, имел ли автор их в виду, но отсылка получилась знатная.