— Эберт, — приветствовал меня он.
Он входил в нашу учебную группу, но на публике всё ещё сохранял определенную дистанцию из-за семьи. Мы не знали наверняка, не оказались ли некоторые из наших одноклассников принуждены путем шантажа к шпионажу на Пожирателей Смерти. Угрожать чьей-либо семье было легко.
Делая вид, что пожимаю ему руку, я сунула записку.
— Спроси Флетчера, может ли он достать эти книги, — сказала я. — Деньги отдам тебе позже.
Блетчли и парочка других слизеринцев идеально подходили для этой задачи. Интерес к книгам по тёмной магии от них, как от слизеринцев, был вполне ожидаем. Флетчер был контрабандистом, но если бы он узнал, что запрос исходит от меня, то, вероятно, помчался бы к Дамблдору.
Моя связь с Блетчли и остальными не была явной, не так, как это было бы в случае, если бы Гермиона или Невилл попросили те же книги.
Он кивнул.
— Увидимся во вторник, — тихо сказала я. — Ты знаешь где.
— Ага, — ответил он.
Он посмотрел на свою книгу, одновременно с этим так умело опуская записку в свой карман, что этого никто бы не заметил.
В книгах было много непонятных мест. Несмотря на все мои труды, оставалась масса теории, которой я не понимала. Данные книги окажут большую помощь, как только я освою эту теорию.
И как только я её освою, всё изменится.
Глава 68. Плащи
«Маглорожденные освобождены из Азкабана!» — кричал заголовок.
Все обсуждали это. Конечно, мало того, что команда террористов-маглорожденных вломилась в Азкабан, так они освободили не только всех маглорожденных, посаженных администрацией Амбридж, но и некоторых других, бесспорно виновных в преступлениях. В хаосе сбежала ещё парочка заключенных, включая чистокровного по имени Сириус Блэк и Беллатрису Лестрейндж — заместительницу Волдеморта.
В заключении осталась целая толпа других Пожирателей Смерти, так что всё это не выглядело акцией Волдеморта, но наверняка нельзя было сказать. Несколько Пожирателей Смерти были убиты в своих камерах, вероятно из мести за их преступления против тех, кто их прикончил.
Конечно, если это была инсценировка от Волдеморта, то Пожиратели могли быть убиты за свою неверность, или просто чтобы иллюзия магловского сопротивления выглядела более убедительно.
— Теперь будут проблемы, — сказала я остальным в классе изучения волшебников.
Профессор уже покинула класс, и я стояла лицом к ученикам. Её вызвали для разговора с представителями Министерства по каминной сети. Прямо сейчас я слышала, как она убеждает, что учебный план именно такой, о каком просило Министерство, несмотря на то, что он явно таковым не являлся.
— К нам это не имеет никакого отношения, — сказал маглорожденный пятикурсник. — Это же не наших рук дело.
По сути это было правдой. Любой, кто являлся хотя бы полукровкой, данный урок не посещал. Никто из учеников, находящихся сейчас в классе, скорее всего не был связан с теми, кто вломился в Азкабан, но это не имело значения.
— Правительство впадёт в паранойю после такого, — возразила я. — И это означает, что они начнут закручивать гайки, причем весьма сильно. Не удивлюсь, если мы увидим авроров, патрулирующих коридоры, или ещё что похуже.
Погода снаружи становилась холодной не по сезону. Несмотря на то, что всего лишь час назад был тёплый осенний день, на окнах виднелась изморозь. Я начала втягивать насекомых внутрь замка; не было смысла обрекать их на гибель под заклинанием несвоевременного холода.
— Они так не сделают! — запротестовала четверокурсница. — Это Соединённое Королевство! У нас есть права!
— Ты чем слушала на занятиях? — спросила я. — Волшебники лишь на словах часть Великобритании, но на самом деле обустроили свою маленькую тайную страну посреди магловского мира. Это не то же самое, что поехать из Великобритании в Америку... скорее, как отправиться из Америки в Ирак.
В этом мире американцы по каким-то причинам влезли там в войну. Одно из крупных различий, которые я уже успела подметить. Во многом положение вещей было идентично, но, несомненно, Сын и паралюди оказали большее влияние, чем мне казалось.
— В волшебном мире у женщин больше прав, — сказала я. — Потому что волшебная палочка с лихвой компенсирует то, что ты меньше и слабее. Но маглорожденные... здесь у нас нет тех прав, к которым мы привыкли.
— Их нигде нет, — сказал шестикурсник. — Суды продажны, и всё сводится скорее к тому, кого ты знаешь, чем к тому, что ты сделал.
— У нас нет никаких связей, — продолжала я. — И система не позволит нам ими обзавестись. И случившееся... не удивлюсь, если в следующие несколько дней мы увидим какой-нибудь особо мерзкий законопроект, такой, который нам не слишком-то понравится.
44
Название главы, «Cloaks», можно перевести не только как «Плащи».
Другие варианты перевода: «Покровы», «Предлоги», «Отговорки», «Прикрытие».
Самое прикольное в том, что любой из этих переводов подойдёт под содержание главы. В общем, автор, как обычно, крут.