Выбрать главу

Жиро. Напишет? Что же, она собирается бежать?

ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

Те же и Жозеф.

Жозеф (входит). Говорил я вам, что от этого добра не будет... Он главарь воровской шайки, грабитель... Дом окружен, там жандармы, полиция, следователь, вся честная компания.

Жюль (вылезает). Я погиб!

Памела. Я сделала все, что могла!

Жиро. Однако кто вы такой, сударь?

Жозеф. Вы, как видно...

Г-жа Жиро. Отвечайте!

Жюль. Если бы не этот дурень — я был бы спасен! На вашей совести будет гибель человека.

Памела. Господин Адольф, вы невиновны?

Жюль. Невиновен.

Памела. Как быть? (Указывает на слуховое окно.) Сюда, скорей! Мы собьем их со следа. (Открывает слуховое окно; там полицейские.)

Жюль. Поздно! Но помогите мне; скажите, что я возлюбленный вашей дочери и прошу у вас ее руки... Я совершеннолетний... Я — Адольф Дюран, сын богатого марсельского коммерсанта.

Жиро. Законный брак... богатый жених... Молодой человек, я беру вас под свое покровительство.

ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ

Те же, полицейский комиссар, полицейский чиновник и жандармы.

Жиро. Сударь, по какому праву вошли вы в частный дом... в комнату скромной девушки?

Жозеф. Да, по какому праву?

Комиссар. Молодой человек, не беспокойтесь о наших правах! Несколько минут тому назад вы были так любезны, что сами указали нам местопребывание неизвестного, а теперь почему-то негодуете.

Памела. Но кого вы ищете? Что вам здесь надо?

Комиссар. Так, значит, вам известно, что мы кого-то ищем?

Жиро. Сударь, у дочери моей нет никого, кроме ее жениха, господина...

Комиссар. Господина Руссо.

Памела. Господина Адольфа Дюрана

Жиро. Руссо? Я такого не знаю. Это господин Адольф Дюран.

Г-жа Жиро. Сын почтенного марсельского коммерсанта.

Жозеф. Ах, так вы обманывали меня? Ах, вот чем объясняется ваша холодность, мадмуазель! Господин этот...

Комиссар (полицейскому чиновнику). Разве это не он?

Чиновник. Разумеется, он. Я вполне уверен. (Своим подчиненным.) Исполняйте, что вам приказано!

Жюль. Сударь... Я жертва какого-то недоразумения. Я вовсе не Жюль Руссо.

Чиновник. А вы даже знаете его имя, хотя имени этого тут еще никто не произносил!

Жюль. Но я слыхал о нем раньше. Вот мои документы, они в полном порядке.

Комиссар. Покажите, сударь.

Жиро. Господа, заверяю вас и утверждаю..

Чиновник. Если вы будете продолжать в этом духе и будете уверять нас, что это Адольф Дюран, сын коммерсанта...

Г-жа Жиро. Из Марселя...

Чиновник. То, пожалуй, придется всех вас тоже арестовать, немедленно препроводить в тюрьму и привлечь как соучастников... А это такое дело, из которого нелегко будет выпутаться... Дорожите вы своей свободой?

Жиро. Еще бы!

Чиновник. В таком случае помолчите.

Г-жа Жиро. Помолчи, Жиро!

Памела. Боже мой! Зачем я не поверила ему!

Комиссар (жандармам). Обыщите его!

Чиновнику подают носовой платок Жюля.

Чиновник. Метка «Ж» и «Р». Дорогой мой, вы не больно-то хитры!

Жозеф. Что такое он мог натворить? Уж не причастны ли и вы к этому, мамзель?

Памела. Вы будете причиной его гибели... не показывайтесь мне больше на глаза!

Чиновник. Вот, сударь, счет за обед. Вы обедали в Пале-Руаяле, в ресторане «Фрер-Провансо», там вы карандашом написали записку и послали ее сюда с вашим другом, господином Адольфом Дюраном, который и дал вам свой паспорт. Личность ваша установлена окончательно: вы Жюль Руссо.

Жозеф. Сын известного богача Руссо, для которого мы сейчас обиваем мебель.

Комиссар. Замолчите!

Чиновник. Пойдемте.

Жюль. Пойдемте! (Обращается к супругам Жиро.) Простите меня за причиненную вам неприятность... А вы, Памела, не забывайте меня! Если нам не придется больше свидеться — оставьте себе то, что я вам передал, и будьте счастливы!

Жиро. Господи боже мой!

Памела. Бедный Адольф!

Комиссар (жандармам). Останьтесь здесь. Мы обыщем каморку и снимем допрос со всех присутствующих.

Жозеф (с возмущением). Подумать только! Она предпочла мне преступника!

Жандармы окружают Жюля.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Сцена изображает гостиную.

ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ

Антуан и Жюстина.

Жюстина. Ну что, Антуан, читали вы газеты?

Антуан (читает газету). Экая досада. Мы, слуги, можем узнать о деле господина Жюля только из газет!

Жюстина. Да ведь даже сами барин, барыня и ее сестра госпожа дю Брокар и то ничего не знают... Господин Жюль целых три месяца просидел в одиночке.

Антуан. Видно, дело было задумано большое, они хотели восстановить... того[2]...

Жюстина. Боже мой! А ведь такому молодому человеку только бы и жить припеваючи; ведь он богатый наследник — в один прекрасный день получит от тетки двадцать тысяч франков дохода да еще родительское состояние вдвое больше того! И вдруг впутался в заговор!

Антуан. А я уважаю его за это, он добивался восстановления императора. Хотите — казните меня... Мы тут наедине, вы не полицейский: да здравствует император!

Жюстина. Замолчите вы, старый дурак!.. Если кто услышит, вас заберут.

Антуан. Я, слава богу, не из пугливых! Я отвечал следователю как полагается; не подвел господина Жюля, не то, что те изменники, которые его выдали.

Жюстина. У госпожи дю Брокар, наверно, есть немалые сбережения; с такими деньгами она могла бы его выручить.

Антуан. Э, как бы не так! После побега Лавалетта[3] никого не выручишь! Теперь тюремщики стали несговорчивы, да и раньше-то были не очень-то покладисты... Господину Жюлю несдобровать, вот увидите, он примет мученический венец. Я тогда пойду посмотрю, как его казнить будут.

Звонок. Антуан уходит.

Жюстина. Пойдет посмотрит! Не понимаю, как хватает духу смотреть, когда человека, да еще знакомого... Что до меня — я схожу только на суд; бедный мальчик, это мой долг перед ним.

ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ

Дюпре, Антуан и Жюстина.

Антуан (в сторону, видя Дюпре). А вот и адвокат. (Вслух.) Жюстина, доложите барыне. (В сторону.) Адвокат, кажется, необходительный. (Вслух.) Сударь, можно ли надеяться, что удастся спасти бедного господина Жюля?

Дюпре. Вы, видно, очень любите своего молодого барина?

Антуан. А как же не любить!

Дюпре. И что бы вы сделали ради его спасения?

вернуться

2

...восстановить того... — то есть сына Наполеона I.

вернуться

3

Побег Лавалетта. — Граф Лавалетт (1769—1830), бонапартист, в период Реставрации был приговорен к смертной казни. Накануне казни (20 декабря 1815 года) жена пришла к нему в тюрьму и обменялась с ним платьем; переодетому Лавалетту удалось бежать.