Я ухожу под предлогом того, что хочу отлить, и валю из хаммама. Просто сваливаю отсюда, вот и направляюсь к гардеробу. Нет смысла дольше шастать здесь, я потерпел фиаско. Надо постараться найти брата Баккари где-то между GDN[18] и воротами Шапель – в царстве иглы.
Пусть моя ночь хоть на что-то сгодится.
Глава 4. Хардкор Северного Парижа
Я слоняюсь по храму токсиков вокруг Северного вокзала на пересечении улиц Мобёж и Амбруаз-Парэ. Члены какой-то ассоциации раздают суп бродягам и беженцам, недавно устроившимся в этих местах. В очередь втискиваются несколько наркош, но большая часть из них, хоть и тощие, стоят поодаль от раздачи еды.
Эту зону я называю «храмом», потому что, несмотря на присутствие полицейских, для наркоманов здесь почти что раздолье. Их редко достают. В этом районе работает много ассоциаций, и власти плюнули на репрессии, сделав ставку на профилактику. В подтверждение этому у выхода с GDN стоит автомат со шприцами.
Опустив задницу на перила, я замечаю одного наркошу, которого, кажется, знаю. Это высокий и тощий, как гвоздь, араб со впавшими щеками и носом в форме ореха кешью. Только вот поди разберись, действительно ли мы с ним знакомы или я просто уже видел его неподалеку. Парень разглядывает меня так, словно моя рожа тоже ему знакома. Он приближается ко мне с пивом в руке и тусклым взглядом:
– Эй, дружок, у тя нет сигаретки выручить меня?
– Будет!
Я даю ему «Мальборо» и пользуюсь ситуацией, чтобы обменять сигарету на информацию:
– Мужик, слушай, скажи мне, я тут ищу приятеля. Его зовут Усман, все кличут его Бамбу. Тебе его имя о чем-то говорит?
Улыбка исчезает с лица араба, он хмурит брови:
– А ты кто такой? Ты легавый?
– Нет, нет, слово даю, что нет…
Наркоман ворчит и резко удаляется. Блин, параноик! Он обходит ограждение, выставленное для безопасности, и присоединяется к своей своре зомби, развалившейся на асфальте у вокзала. Мне бы хотелось курнуть, но здесь у меня могут расстрелять все сигареты. Какой-то бородач, сопровождаемый хромым псом, предлагает мне что-то под названием Galaxie, и я вежливо отказываюсь, так и не поняв, что это за продукт. Его название наводит меня на мысль о психоделике, но маловероятно, что речь идет об ЛСД. Мы ведь не на тусовке, а в королевстве внутривенных инъекций. Бородатый идет своей дорогой и исчезает за вокзальными арками, где выстроившиеся в ряд такси разбирают путешествующих.
Банда торчков, обосновавшаяся за охранным ограждением, настойчиво посматривает на меня. Дохлая темнокожая девчонка с бритым черепом и прыщавым лицом из их компашки тыкает в меня пальцем. Я поглядываю на нее краем глаза. Ее еле прикрывающая зад мини-юбка подсказывает мне, что девка – приезжая малышка – торгует телом за наркоту. Это самая низкая ступенька на блядской лестнице. Она протягивает жестяную банку высокому арабу и медленно топает в моем направлении. Дайте подумать, она наверняка захочет стрельнуть у меня сигарету…
Крэкожорка останавливается передо мной:
– Не подкинешь мне сигаретку?
Так и знал! Честное слово, я, сам того не осознавая, набил себе «Дед Мороз» на лбу. Решаю быть любезным и делюсь с темнокожей сигареткой:
– Спасибо, честное слово! А у тебя не будет и огоньку? Я сломала все свои зажигалки.
Я протягиваю ей зажигалку, и она сует ее в карман, предварительно заложив сигаретку за правое ухо.
– Эй, ты просила у меня зажигалку, чтобы прикурить или чтобы стырить ее у меня?
Она шмыгает носом и прочищает горло, а потом пялится на меня.
– А я знаю твоего друга!
– Усмана? Знаешь, где его найти?
– Нуда, знаю!
– Я бы очень хотел, чтобы ты меня просветила… И еще, чтобы вернула мне зажигалку.
Она оглядывается назад, потом смотрит направо и налево – мол, дрожит от страха.
– А что ты мне дашь, если я тебя к нему провожу?
Блин, сучка!
– Я дам тебе сигарету и свою зажигалку!
– Хватит ржать надо мной! – шлюха выходит из себя. Она в бешенстве. – Ты принимаешь меня за бродяжку, да? Не люблю я белых, как ты, которые строят из себя! Срать я на тебя хотела! Болтаешь тут, но ты не знаешь, что такое улица. Ты выпендриваешься, типа такой в капюшоне, но ты ничего не знаешь. Срать я на тебя хотела! Ты – белый француз, вот ни хера и не знаешь, поэтому завали!
Бесит она меня!
– Эй, успокойся! – пытаюсь я угомонить девку. – Я ничего плохого тебе не сказал, почему ты ругаешься со мной?
– Ты плохо со мной разговариваешь, вот почему! Видишь ведь, что мне непросто, и прикалываешься надо мной со своей сигаретой и зажигалкой! Мне плевать на твою сигарету и на зажигалку, я их тебе верну…