Луга продолжала таращиться на девушку.
— Я голодна.
— Я тоже. В городе есть неплохие ресторанчики.
— Нет. Я хочу есть прямо сейчас. Вот они выглядят аппетитно, — Луга указала на грудь Кэтрин Брэнч.
— Луга, вы не можете! — в ужасе произнес Сит.
— Вам меня не остановить. Я быстрее и сильнее, на меня уйдет много пуль. И я хочу есть немедленно, — Луга нагнулась и разодрала блузу Брэнч, схватив одну грудь. Затем потянула, высвобождая, и открыла рот, обнажив клыки всего в нескольких дюймах от предполагаемого перекуса.
— Уберите ее от меня! — в панике вскричала Брэнч сквозь рыдания и страх. — Уберите это адское отродье. Я все скажу, только не дайте ей...
Луга отошла и ухмыльнулась паре застывших агентов ФБР.
— Ну вот. Вы, люди, так боитесь быть съеденными. Понятное дело, в суде ее показания использовать нельзя. Если с ней еще будут проблемы, зовите.
Брэнч уже тараторила длинный список контактов своей шпионской сети. Уходя, Луга приостановилась и потрепала ее по голове.
— Благодарю за содействие, Кэтрин.[193]
Глава XXX
Федеральный суд Восточного округа, Рэли, Северная Каролина.
— Ваша честь, это грубейшее нарушение — нет, самое вопиющее попрание конституционных прав моей клиентки, с которым мне доводилось сталкиваться в практике. Мисс Брэнч было отказано в законном представлении...
— Возражаю! Ваша честь, обвиняемая не требовала законного представителя. Де-факто она вообще не совершала никаких заявлений до финального признания.
— Возражение принято. Вычеркните из протокола отказ в законном представительстве.
— Мою клиентку также одурманили, ей угрожали сексуальным насилием и получением увечий от рук каннибалистичного...
— Возражаю! Мисс Шарманаска не является человеческим существом и обвинение в каннибализме противоречит действительности. Как бы то ни было, видеозапись допроса явно демонстрирует отсутствие любого вреда или угрозы обвиняемой. Или ее принудительного одурманивания. Говоря об этом: мы считаем, что дело существенно прояснится после просмотра судом записей. По нашему мнению, они полностью опровергают заявления защиты.
Судья Кэндлес окинул взглядом зал суда, ведущего дело федерального прокурора, проводивших допрос агентов ФБР и помогавшего им суккуба. Взор судьи притягивала Лугашарманаска: ее желтые глаза с вертикальным зрачком, стреляющие кругом из глубоких темных глазниц, мертвенно-белая кожа рук, переходящая в лоснящийся черный, виднеющиеся среди розоватых волос красные рожки.
Кэндлес встряхнулся.
— Хорошо, мы просмотрим запись. Сколько она длится?
— Пять часов и пять минут, ваша честь.
Судья содрогнулся.
— Ваша честь, защита готова согласиться, что моя клиентка на протяжении первых пяти часов не сказала ничего. Существенная часть записи — последние пять минут. Мы согласны на показ первых десяти минут, подтверждающих отсутствие признательных показаний моей подзащитной, и последних десяти, продемонстрирующих суду отвратительное попрание ее конституционных прав.
— Звучит разумно, — облегченно произнес судья. — Секретарь суда, прошу показать видеозапись указанным способом.
На телевизионном экране возникло зернистое изображение отказывающейся отвечать на вопросы Кэтрин Брэнч. Агенты ФБР даже не сумели заставить ее подтвердить собственное имя или другие личные данные. Она просто молча игнорировала нарастающий градус вопросов. А Лугашарманаска все время безэмоционально и немигающе сидела напротив. Ее желтый взгляд застыл на Брэнч. Старший агент наконец повернулся к помощнику.
— Вряд ли мы от нее чего-то добьемся, — вздохнул Сит. — Можем вернуться к этому завтра.
Луга уставилась на девушку.
— Я голодна.
— Как и я. В городе есть неплохие ресторанчики.
— Нет, я хочу есть немедленно. Вот они выглядят аппетитно, — Луга указала на грудь Кэтрин Брэнч.
— Луга, вы не можете! — в ужасе произнес Сит.
Лугашарманаска полуобернулась, и видеокамера поймала ее подмигивание Ситу. Затем суккуб снова повернулась к Брэнч и уставилась на нее. Девушка побледнела, глаза расширились от ужаса, и она обессиленно зарыдала.
— Уберите ее от меня! — в панике вскрикнула Кэтрин сквозь всхлипывания и страх. — Уберите это адское отродье. Я все скажу, только не дайте ей...
Луга отошла и улыбнулась застывшим ФБРовцам.
— Ну вот. Вы, люди, так боитесь быть съеденными. Разумеется, в суде ее показания использовать нельзя. Если с ней еще будут проблемы, зовите.
Кэтрин Брэнч тараторила длинный список контактов своей шпионской сети. Уходя, Луга приостановилась и ободряюще потрепала ее по голове. Запись продолжалась, девушка выкладывала сведения о своих шпионских действиях. Потом пленка закончилась.
193
Здесь, к сожалению, теряется англоязычная игра слов: «Thanks for the memories» («Благодарю за воспоминания») — «Fangs for the mammaries» («Клыки за молочные железы») В речи звучит весьма похоже. Фраза про клыки относится к «вампирской» популярной культуре, считается, что вампиры способны считывать память жертвы через укус.