Полк Елизаветы в 12 ч. 45 м. начал наступать от Кламанж на Норме. Как только роты вышли с опушки леса между выс. 154 и 167, они попали под «неслыханно сильный шрапнельный и гранатный огонь французских батарей… Все бросаются в стороны из сомкнутых соединений; команд при страшном грохоте не слышно. Броситься и искать прикрытия — первое инстинктивное действие всех»[228]. Некоторые не выдержали и бросились обратно в лес. На вые. 144 выходит 2–й дивизион (легкие гаубицы) 2–го гв. полка полевой артиллерии; однако, нигде не удается отыскать удобные наблюдательные пункты, с которых было бы возможно раскрыть местоположение французских батарей. Пехота не получает активной артиллерийской поддержки. К 15 час. полк Елизаветы остановлен в продвижении по опушке леса от вые. 161 до 154.
Около 14 час. части полков Франца и Августы не в состоянии больше выдержать тяжелое бездействие под огнем и бросаются в атаку. Несколько батарей, подвинувшись вплотную к пехоте, обстреливают пространство юго-западнее Экюри, где предположительно расположены батареи противника. «С развернутыми знаменами, сверкающими штыками, под бой барабанов и звуки труб делают немцы последний бросок»[229]. Однако, французы сопротивляются до конца. Окопы взяты. Тотчас же они снова попадают под обстрел отошедших на новые позиции французских батарей. Части врываются в Морен-Ле-Пти, которое уже под огнем. Опять вызываются охотники захватить французскую батарею и снова, убедившись, что она слишком далеко, с трудом уходят назад. Немецкая батарея галопом занимает открытую позицию в 600 м северо-восточнее Морен-Ле-Пти. Теперь французские орудия скрылись в дыму и пламени, но их огонь продолжается, пока не наступила темнота.
Полк Александра начинает в свою очередь продвигаться вперед. Здесь также происходит любопытный случай единоборства пехоты с артиллерией. Одному взводу удается добраться до неприятельской батареи, но с сильными потерями он вынужден все же отойти. Однако, этот смелый поступок поднял настроение частей. К вечеру полк выходит на дорогу Экюри — Норме. «Наступательная сила полка Александра была настолько подорвана многочасовым пребыванием под сильнейшим артиллерийским, пехотным и пулеметным огнем, а также ожесточенным лесным боем, что нечего было и думать о дальнейшем продвижении вперед… Не оставалось ничего другого, как пока окопаться на названной дороге»[230]. Здесь следует привести следующее свидетельство фельдфебеля 1–й роты Киндермана:
«Окопаться! Это было как будто простое дело. На 50 см вкопались мы в землю, и затем — конец. Чем копать глубже? Пресловутых „бригадных вилок“ (пик) и лопат у нас ведь больше не было, они постепенно пропали. Орудовали только пальцами, штыками, кружками. Но, в конце концов, кое-чего достигали и таким способом».
Полк Елизаветы продолжал продвигаться медленно, перебежками, используя прикрытия. С 600–700 м был открыт огонь по отчаянно защищавшемуся противнику. Одну из батарей протащили через лес и поставили на открытой позиции для обстрела Норме в упор. Тотчас же командир батареи был ранен; сверх того батарея потеряла 3 убитыми и 14 ранеными. В 17 ч. 45 м. через поле, усеянное трупами французов, немецкая пехота ворвалась в Норме. Но поле наступления было покрыто и трупами многих немецких солдат и унтер-офицеров: «особенно чувствительны были потери в офицерах»[231]. Попытки продвижения дальше к югу кончились неудачей; французы закрепились вдоль железнодорожной насыпи и открыли огонь по наступавшим; фронт французов протягивался дальше к Ланаре (Lenbarree). Между тем, 32–я дивизия, несмотря на сильнейшее напряжение, не успела достигнуть линии фронта, лишь ее артиллерия вступила в бой.
В 18 ч. 30 м. командование гвардейского корпуса отдало следующий приказ:
«Корпус завтра продолжает наступать с линии Морен-Ле-Пти
— Норме. 12–й арм. корпус продвигается, примыкая, дальше к востоку, 10–й арм. корпус западнее болот — на юг.
Еще сегодня вечером надлежит занять следующие позиции:
1–я гв. пех. дивизия — на линии Морен-Ле-Пти — Экюри (включая). В Ольнизё (Aulnizeux) и Ольней остаются сильные отряды.
2–я гв. пех. дивизия на линии Экюри (исключая) — Норме (включ.) с сильным эшелонированием налево и в соприкосновении с 12–м арм. корпусом.
Каждой дивизии придаются 2 батареи тяжелых гаубиц».