- Заблудился немного, - пояснил Пшемоцкий. - Хорошо ещё опять того крестьянина встретил, вот он и показал.
- А где ваша винтовка?
- Тоже Кузьме отдал. А что, не нужно было?
- Ладно, обойдёмся.
- Как скажете, - пан Сигизмунд выказывал явное желание во всём следовать примеру Дениса Давыдова.
- Вон к тому сараю незаметно подобраться сможете?
- Конечно.
- Тогда вперёд. Врываемся в дом по моему сигналу.
- Какому?
- Красную ракету пущу. Всё понятно?
- Не извольте беспокоиться, Денис Васильевич, в наилучшем виде сделаю, - шляхтич погладил рукоять фамильной сабли, перекрестился, и полез в заросли крапивы.
Капитан-лейтенант проводил взглядом пана Сигизмунда и с облегчением вздохнул. Он вовсе не собирался устраивать в избе грандиозную битву, и поляк с его манерой решать дела лобовой атакой мог только помешать. Пусть пока посидит в резерве, дожидаясь условленного сигнала, а там ситуация покажет. Хоть вроде и начал исправляться, но не притворяется ли? Чёрного кобеля не отмоешь добела, так что лучше сделать всё самому.
Но, увы, желания очень часто вступают в противоречие с действительностью. Вот и сейчас... Дом у мельника добротный, на каменном фундаменте, высоко приподнятый над землёй. В общем, картинка, а не дом. Но окошки подпола настолько маленькие, что попытка пролезть в одно из них закончилась плачевно - голова пролезла. Плечи тоже, но гранаты и сигнальные ракеты в карманах не позволили протащить всё остальное. Денис Васильевич попробовал вылезти обратно, только и это не получилось.
- Да что же за напасть такая? - Денис Васильевич нащупал бочку с прокисшей прошлогодней капустой и постарался оттолкнуться. Бесполезно. - А если подтянуться?
И это не принесло результата. И что делать, висеть тут неделю в ожидании похудения до такой степени, что начнут спадать штаны? Штаны?! А ведь это идея! Капитан лейтенант уже не обращал внимание на едва слышный скрип половиц над головой, на ободранные о раму пальцы... Поскорее освободиться из чёртовой ловушки. Пока не стало слишком поздно. Ремень... какая сволочь придумала ремень?
Дальнейшие события произошли одновременно - падение лицом в кислую капусту и появление наверху светлого прямоугольника открывшегося люка. Видимо кто-то, привлечённый подозрительным шумом из-под пола, решил проверить его источник. Хорошо ещё, что отчаянный скрип несмазанных петель заглушил плеск давно перебродившего рассола, а привыкшие к свету глаза не смогли разглядеть в полутьме белеющее исподнее попавшего в затруднительное положение Давыдова.
- Чем так воняет, Рене? - вопрос, заданный вполголоса на французском языке, предназначался любопытствующему. - До чего же гадко!
- Это не вонь, Луи, это запах! - с неожиданным энтузиазмом ответил французский егерь. - Нам несказанно повезло!
- Каким образом? - невидимый Луи воспринял извести с долей скептицизма.
- Так пахнет русская брага. Да тут целая бочка! С неё, наверное, только что крышку сорвало.
- Что такое брага?
- Хлебное вино.
- Да? - безразличный тон мгновенно поменялся на заинтересованный. - Её можно пить?
- Её нужно пить.
- Подожди, я принесу тебе кувшин. Два кувшина.
Денис Васильевич воспользовался тем, что француз высунулся из люка, и откатился в самый тёмный угол, едва успев натянуть спадающие штаны. И опять этот чёртов ремень... Ага, застегнул.
Исстрадавшийся без выпивки мусью радостно мурлыкал под нос незатейливую песенку, и спускался по рассохшимся ступенькам спиной вперёд. Лучший момент вряд ли представится... Да и зачем ждать? Неслышно сделать два шага вперёд, и... Но француз вдруг резко развернулся, и капитан-лейтенант едва успел присесть, пропуская над головой тяжёлый кувшин. Как только почувствовал, собака? Наверное, не зря говорят, будто опытный солдат способен ощущать недобрый взгляд. Чёрт побери, в следующий раз придётся глядеть с любовью.
- С-с-волочь, - выдохнул свистящим шёпотом Давыдов, и, не вставая с колен, ткнул вторым ножом, зажатым в левой руке. И сразу же рванул вперёд, заглушить возможный стон. - Сдохни, тварь.
Неожиданно вскипевшая ярость Дениса Васильевича чуть было не прорвалась наружу злым звериным рычанием. Откуда только и взялось - он подхватил упавшего навзничь француза с удивившей его самого силой, и, протащив к стоявшей у окошка бочке, сунул того головой в капусту. Егерь, несмотря на тяжёлую рану, энергично сопротивлялся, но через несколько минут дёргаться перестал.
- Рене, ты долго ещё там? - в подполе потемнело, а склонившаяся над люком физиономия с удивлением произнесла. - Что ты творишь, свинья? Хлещешь прямо из бочки, вместо того, чтобы позаботиться о товарищах? Возьми третий кувшин. Господин лейтенант тоже хочет попробовать русского хлебного вина, а то на чердаке пыльно и жарко. Слышишь меня, придурок?