Никон (пожал плечами на последнее свидетельство и молчал).
Патриархи (видя, что царь избегает этого обвинения). Ты отрекся от архиерейства, снимая митру и омофор, говорил недостоин?
Никон. В отречении лжесвидетельствуют; если б я вовсе отрекся, то архиерейской одежды с собой не взял бы.
Думный дьяк (читает и доходит до осуждения Никоном уложения).
Царь Алексей Михайлович. К этой книге приложили руки патриархи Иоасаф и весь освященный собор, и твоя, Никон, рука приложена… Для чего ты, как был на патриаршестве, эту книгу не исправил и кто тебя за эту книгу хотел убить?
Никон. Я руку приложил поневоле[57].
Думный дьяк (читает грамоту о приезде князя Одоевского и Паисия Лигарида в Воскресенский монастырь).
Царь Алексей Михайлович. Митрополиты и князь посланы были выговаривать ему его неправды, что писал ко мне со многим бесчестием и с клятвой мои грамоты клал под Евангелие. Позорил он газского митрополита, а тот свидетельствован отцом духовным, и ставленная грамота у него есть.
Никон. Я за обидящего молился, а не клял. Газскому митрополиту по правилам служить не следует, потому что епархию свою оставил и живет в Москве долгое время. Слышал я от дьякона Агафангела, что он иерусалимским патриархом отлучен и проклят. У меня много таких мужиков[58]. Мне говорил боярин князь Никита Иванович государевым словом, что Иван Сытин хотел меня зарезать.
Князь Одоевский. Таких речей я не говаривал, а Никон мне говорил: если хотите меня зарезать, так велите, – и грудь обнажал[59].
Патриарх Макарий. Митрополит Газский в дьяконы и попы ставлен в Иерусалиме, а не в Риме, я про это подлинно знаю.
Алмаз Иванов. Когда Никон по вестям о неприятеле приезжал в Москву, то мне говорил, что от престола своего отрекся.
Никон. Никогда не говорил.
Думный дьяк (читает о дарах, отправленных царем патриархам).
Царь Алексей Михайлович. Я никакихдаров не посылал. Писал, чтобы пришли в Москву для умирения церкви; а ты посылал к ним с грамотами племянника своего и дал Черкашенину много золотых.
Никон. Я Черкашенину не давал, а дал племяннику на дорогу.
Думный дьяк (читает о Зюзине и о смерти с горя его жены).
Царь Алексей Михайлович. Зюзин достоин был за свое дело смертной казни, потому что призывал Никона в Москву без моего позволения и учинил многую смуту; а жена его умерла от Никона потому, что он выдал ее мужа, показав его письмо.
Никон (сухо). Я письмо Зюзина прислал к великому государю, оправдывая себя, что приезжал по письмам, а не сам собою…
Царь Алексей Михайлович (поднеся дело Зюзина патриархам). Никон приходил в Москву никем не званный и из соборной церкви увез было Петра митрополита посох, а ребята его отрясали прах от ног своих. И то он какое добро учинил? И ребята его какие учители, что так учинили?
Никон. Ребята прах от ног своих как отрясали, того я не видал; а как приезжали за посохом в Чернево, то меня томили, а иных хотели побить до смерти.
Думный дьяк (читает). «Которые люди за меня доброе слово молвят или какие письма объявят, те в заточение посланы и мукам преданы: поддьякон Никита умер в оковах, поп Сысой погублен, строитель Аарон послан в Соловецкий монастырь».
Царь Алексей Михайлович. Никита ездил от Никона к Зюзину с сорными письмами, сидел за караулом и умер своею смертью от болезни[60]; Сысой – ведомый вор и ссорщик и сослан за многие плутовства[61]; Аарон говорил про меня непристойные слова и за то сослан[62]. Допросите, кто был мучен?
Никон. Мне об этом сказывали.
Царь Алексей Михайлович. Ссорным речам верить было не надобно и ко вселенским патриархам ложно не писать.
Думный дьяк (читает). «Архиереи по епархиям поставлены мимо правил Святых отцов, запрещающих переводить из епархии в епархию».
Царь Алексей Михайлович (вместо объяснения начинает обвинять). Когда Никон был в патриаршестве, то перевел из Твери архиепископа Лаврентия в Казань и других многих от места к месту переводил.
Никон. Я это делал не по правилам, по неведению.
Митрополит Питирим. Ты и сам на новгородскую митрополию возведен на место живого митрополита Авфония.
57
Он в то время был всего архимандритом, и мог ли он идти против собора? Вообще же ответ его миролюбивый.
58
Здесь, очевидно, пропуск в сказке. Вообще мы не даем особенной веры этим сказкам, а равно всему писанному делу о Никоне: там, очевидно, все места, оправдывающие Никона, упущены и многие речи его, вероятно, совсем выброшены. Доказывается это тем, что несколько часовые прения уложились в несколько печатных листов.
59
Этих слов в сказке Одоевского не имеется, что доказывает справедливость предшествовавшего нашего мнения.
62
Он был талантливый, честный и скромный труженик и действовал в духе примирения Никона с царем; поэтому показание царя Алексея неправдоподобно. Вообще его ответы шиты тонкими нитками.