– По-моему, это башня, – сказала Грейс. – И ещё странная такая на вид. Как песочные часы.
Кара с Таффом понимающе переглянулись.
– Мы же ехали этой дорогой, когда направлялись к той ферме, – сказала Кара. – Но я не припомню здесь никакой башни, ни странной, ни даже самой обычной.
– Потому что она появляется только тогда, когда время останавливается! – просиял Тафф. – «Язычник, застывший во времени». Наверное, это он!
– Кто – он? – спросила Грейс.
Кара не ответила и пришпорила Тенепляску.
5
На пустынной дороге было сравнительно незаметно, что время остановило свой привычный ход. Падающая ветка, зависшая в воздухе, птицы, парящие в небе, точно чучела в мастерской таксидермиста[2], да одинокий путник, замерший внутри чёрного экипажа, точно в гробу. Если бы не башня Песочных Часов, что теперь отчётливо проступила на горизонте, могло бы показаться, что ничего особенного не происходит: просто ночь выдалась очень тихая.
– Может, остановимся передохнуть? – предложил Тафф, зевая и потягиваясь. – А то, может, этот Кверин хороший человек, а может, и наоборот…
– Да, отдохнуть мне бы не помешало, – созналась Кара.
По правде сказать, она была в изнеможении. Поддерживать связь с Врестоем оказалось куда сложнее, чем она ожидала. Мысленный мостик между ними постоянно грозил обвалиться. Каре пришлось пожертвовать ещё четырьмя воспоминаниями просто затем, чтобы сделать связь попрочнее. Никогда раньше ей это делать не приходилось.
«Когда создаёшь животное из ничего, действуют иные правила, – рассуждала она. – Врестой не принадлежит реальному миру – вот почему его так трудно тут удерживать».
И от того, что Риготт, по-видимому, ничего не стоило управлять Нирсуком, мысль о борьбе с ней представлялась ещё более безнадёжной.
«Ну, этого следовало ожидать, – думала Кара. – Риготт – двухтысячелетняя вексари, она обучалась магии в Сейблторне. А я – тринадцатилетняя девчонка, которая сама не понимает, что делает».
Они развели костерок у дороги. Пламя, застывшее во времени, не полыхало, как обычный костёр, но грело ничуть не хуже. Тафф пристроил голову на бок Врестоя, и вскоре мальчик и йонстафф сладко заснули. Но Кара спать не стала. Она была почти уверена, что заклинание Врестоя будет действовать и тогда, когда она спит, но «почти» не считается, так что спать она боялась.
Кроме того, она тревожилась из-за Грейс.
«Что же она затевает?»
Грейс как будто услышала Карины мысли и посмотрела в её сторону. Её голубые глаза сверкали, словно кристаллы нездешнего мира.
– Что, щенок так и продрыхнет всю ночь? – спросила она.
– Да я вообще удивляюсь, как он сумел заснуть, – ответила Кара. – Ему до сих пор снятся кошмары с твоим участием.
– Как мило!
– Это не комплимент.
– Да, это ясно. Но всё равно, приятно вспомнить.
Кара не могла сказать, шутит она или всерьёз. Грейс проговаривала каждое слово очень отчётливо, так, будто обращалась к невидимым зрителям – и Кара часто не понимала, что же она имеет в виду.
– Ну, так ты собираешься мне объяснить, зачем мы едем в эту башню Песочных Часов? – спросила Грейс.
– Нет.
– А как насчёт этого Кверина, которого то и дело упоминаете вы с Таффом? Ты не можешь хотя бы в общих чертах…
– Нет.
Кара смирилась с тем, что её долг – доставить Грейс в безопасное место, но доверять ей она по-прежнему не желала. Их планы следовало держать в тайне.
– Почему ты избавилась от гримуара? – спросила Кара.
– То есть ты на мои вопросы отвечать не должна, – сказала Грейс, – а я на твои должна. Так получается?
– Да, – ответила Кара. – Так почему ты от него избавилась?
– Я же тебе говорила. Потому что это зло.
– Раньше тебе это не мешало.
– Теперь всё иначе. Я же знаю, каково там, в Колодце Ведьм. И что будет со мной, если я снова туда попаду.
– Безликие? – спросила Кара, вспомнив стражей Колодца с их бумажными телами и кошмарными масками.
– Они ждут! – прошептала Грейс, испуганно выпучив голубые глаза. – И на этот раз ты уже не придёшь, чтобы помочь мне бежать. Меня сделают одной из них!
Она ощупала своё лицо, словно затем, чтобы убедиться, что оно по-прежнему её собственное.
– Чудовищем!
Кара своими глазами видела, какой ужас внушают Грейс Безликие, так что не могла не признать, что определённая логика в её словах присутствует. Грейс действительно сделает всё, чтобы только не превратиться в одно из этих существ.
«Всё-всё? И даже от магии отречётся?»
– Тебе страшно, – сказала Кара. – Потому ты и избавилась от гримуара. Ты знаешь, что стоит тебе начать пользоваться магией и остановиться ты уже не сможешь. И тогда ты рано или поздно окажешься среди Безликих, это лишь вопрос времени.