— А вы все же убедили меня! Почему Италия?! Если это действительно блэк-риверский маньяк, зачем ему убивать именно в Италии? В деле БРМ нет ни одной ниточки, ведущей в эту страну. Вы правы. Я — единственное объяснение смены географии. Предположим, мы имеем дело с БРМ. Годовщина подстрекнула его желание убивать снова, — сказал Джек, чувствуя, что в голове вырисовывается план. — В духе блэк-риверского маньяка продумать до мелочей возвращение «в строй», подбросить приманку, чтобы мы рассредоточили ресурсы, запутались. А он в это время воплотил бы в жизнь свои грязные фантазии.
Орсетта поняла, что Джеком снова завладела ненависть к старому врагу и обида. Не замечая, он начал нервно крутить обручальное кольцо на пальце.
— Итак, следуя предложенной вами версии, Орсетта, мы приходим к тому, что БРМ убивает в Италии, зная, что местная полиция обратится ко мне. О нашем переезде в Тоскану писали во всех нью-йоркских газетах. БРМ наверняка был в курсе. Он понимал, что расчлененное тело на побережье, да и еще и записка якобы от него самого заставят полицию постучаться ко мне. — Джеку явно нравилась новая версия. — Теперь становится понятно, зачем БРМ дважды упомянул свою кличку в записке. И пока мы суетимся в Италии, он возвращается на могилу Сары Карни, воплощая следующую часть плана.
Орсетта потеряла мысль.
— К чему вы ведете, Джек? Что он не вернулся обратно в Италию? И собирается опять убивать в Штатах?!
Именно об этом Джек и думал.
— Или собирается, или уже убил. Италия была отвлекающим маневром, чтобы вовлечь меня в дело. Вы правы. Я и есть слон в комнате. Появление следующего трупа — всего лишь вопрос времени. Могу поспорить, если БРМ снова начал убивать, то в этот раз он разгуляется во всю силу — совершит такое, что ни вам, ни мне в самом жутком кошмаре и не снилось.
Глава 41
Сан-Квирико, Тоскана
11.00
Утром к Нэнси Кинг вдруг заявился специалист ландшафтного дизайна, чтобы обследовать осевшую почву в саду, и у нее все пошло вверх дном.
Винченцо Капелло был старым другом управляющего гостиницей Карло. Они обнялись и расцеловались так нежно, что их можно было принять за парочку геев.
Карло обещал, что его друг обязательно сделает что-нибудь с расширяющейся дырой, которая образовалась у подножия террасы в саду. Но это было давным-давно и совершенно вылетело у Нэнси из головы.
Винченцо оказался живым доказательством здорового питания итальянцев — только свежие продукты, оливковое масло и красное вино. Нэнси знала, что Винченцо почти семьдесят, но, увидев его, дала бы не больше пятидесяти.
Карло поспешил вернуться к работе с персоналом. А Нэнси повела Винченцо в сад к злополучной дыре.
— Карло рассказал мне о вашей проблеме и о том, что все работники гостиницы боятся даже заходить в сад. Думают, провалятся, — сказал Винченцо, подмигнув Нэнси. Улыбка не сходила с его лица, обнажая ряд белых прочных зубов.
— Ну, все, конечно, не так страшно. На самом деле почва в саду начала оседать давно. Я бы не хотела, чтобы процесс продолжался. У садовой террасы, где мы выращиваем овощи для кухни, образовался туннель. Я боюсь, что земля над ним может обвалиться.
Винченцо не слушал ее. Его внимание приковала дверь туалета. Похоже, единственная часть тела, которая соответствовала истинному возрасту Винченцо, — мочевой пузырь.
— Un momento,[22] — взмолился Винченцо и исчез за дверью.
Нэнси терпеливо ждала его снаружи, отмечая, где нужно подкрасить-подмазать после закрытия сезона, когда разъедутся постояльцы.
Наконец, встряхивая мокрыми руками, вернулся Винченцо.
— И как вам Италия? — спросил он.
Все итальянцы, приезжающие в «Дом у дороги», обязательно задают Нэнси этот вопрос. И каждый хотел услышать, что она разделяет их страсть к родине.
— Обожаю Италию! — радостно ответила Нэнси. — Скоро будет два года, как мы с мужем здесь. И с каждым днем Италия становится нам все роднее.
Винченцо просиял.
— Замечательно!
— Давайте я покажу вам то место в саду, — предложила Нэнси.
Когда они вышли на улицу, Нэнси замедлила шаг. Она не переставала любоваться пейзажами, открывающимися с порога «Дома у дороги». Казалось, с течением времени природа вокруг, будто под изысканным маринадом, становилась все лучше. Каждый день Нэнси замечала что-то новое. Сегодня, например, золотистый солнечный свет мягко, словно вязкий мед, лился в тень сада.