ДВОРЕЦ С ВИДОМ НА КРЕМЛЬ
Если дом в Натальевке был родовым гнездом семейства Харитоненко в провинции и идеальным местом для летнего отдыха в деревне, то роскошный особняк на Софийской набережной в Москве являлся поистине столичной резиденцией «сахарных королей». История его создания достаточно интересна и свидетельствует о том, как по мере обогащения росли их запросы, менялся их образ жизни и приоритеты. Первое упоминание о покупке Иваном Герасимовичем Харитоненко флигелей и хозяйственных построек на московской набережной встречается в архивных документах еще в конце 1870-х годов. Тогда в этих помещениях, принадлежавших ранее купцу 1-й гильдии Тарасову, сахарозаводчик устроил склад своей продукции для продажи в Москве и Петербурге. Лишь незадолго до смерти Иван Герасимович обратился в Московскую городскую управу с просьбой разрешить ему строительство здесь нового каменного дома и двух флигелей. Разрешение дали, старые постройки полностью снесли, и в течение 1891–1893 годов, уже под руководством Павла Ивановича, на набережной был возведен сказочный дворец, который современники называли «жемчужиной московской архитектуры».
Здание возводилось по проекту тогда еще мало известного молодого архитектора В. Г. Залесского. Он очень органично вписал его в уже существовавшие на южном берегу Москва-реки застройки, не нарушив единого характера архитектуры набережной. Фасады дворца, выполненного из серого камня, были выдержаны в соответствии с эклектическими тенденциями и имели богатый пластический декор, свойственный французской архитектуре XVIII–XIX веков. Двухэтажное здание было расположено в глубине двора и окружено высокой кованой фигурной оградой, на воротах которой красовалась табличка с именем владельца. В центре особняка – мощный ризалит[7] с балконом и парадным крыльцом, от которого идут два пандуса. Венчал его классический антаблимент с широким карнизом и балюстрадой. По обе стороны от главного здания стояли два флигеля, а позади располагались конюшня и конторы.
Внутренние интерьеры особняка были созданы любимым архитектором Павла Ивановича Ф. Шехтелем. Некоторые комнаты, в частности вестибюль и приемные, были им оформлены в стиле французской готики. Отделанные разными породами дерева, они напоминали старинный замок и создавали немного гнетущую атмосферу. Оживляли их различные средневековые символы – фигуры драконов, хищных орлов, гномов и рыцарей, вырезанные искусными ремесленниками мебельной фабрики П. А. Шмита. На первом этаже размещался большой зал-гостиная, служивший столовой. Его главным украшением были великолепный, богато декорированный камин и массивные дубовые буфеты для посуды, покрытые тонкой резьбой в готическом стиле. Рядом с ним находилась богатая библиотека с антресольным этажом. В ее отделке также преобладало дерево: из него были сделаны книжные шкафы, панели с рамами для картин, резные детали на потолке. Из библиотеки можно было выйти в зимний сад, помещение которого было пристроено к главному зданию в 1911 году архитектором М. Гейслером.
Весьма роскошной была картинная галерея, декорированная в стиле Второй империи позолоченной резьбой и зеркалами в золоченых рамах. Она находилась на втором этаже. Ее потолок и картуши над дверями были украшены живописными работами французского художника Франсуа Фламенга, специально приехавшего в 1893 году в Москву по приглашению П. И. Харитоненко. В частности, на живописном плафоне потолка был изображен струнный оркестр, который слушают кавалеры и дамы в одеждах XVIII века. А еще художник написал портрет хозяйки дома, Веры Андреевны (ныне он хранится в Эрмитаже). Рядом с картинной галереей, обращенной окнами на Кремль, находился парадный (танцевальный) Белый зал. Это было самое большое и богатое помещение особняка. Ощущение праздничности и торжественности в нем создавали белые стены и лепной потолок с золотыми деталями и барельефами с изображениями музыкантов и музыкальных инструментов, огромная хрустальная люстра, большие пейзажные полотна Гюбера Роббера, бело-золотистая мебель с египетскими мотивами и наборный паркет из ценных пород дерева с ромбовидным орнаментом. В этом зале выступали знаменитые музыканты А. И. Скрябин и Ф. И. Шаляпин, устраивались домашние спектакли. Вот как вспоминала об этих театрализованных праздниках писательница Т. Аксакова-Сиверс: «В доме Харитоненко я участвовала в двух любительских спектаклях. Оба раза в качестве режиссера был приглашен Иван Михайлович Москвин. Думаю, что хозяевам эти затеи стоили очень дорого, так как иначе вряд ли Москвин согласился бы возиться с 16-летними актерами, не умевшими ни ступить, ни сесть на сцене».
7