Мужчина в сером костюме его игнорирует, даже не отрывает взгляда от своего мобильника. Видимо, там дела поинтереснее, чем запыхавшийся парень, живущий этажом выше.
Сонги нажимает нужную кнопку и поднимает взгляд, встречаясь с серыми, как сталь, глазами Седжон. Есть в них что-то такое, что Фугу тревожит и манит одновременно. Хочется сразу задать кучу вопросов, которые роятся в голове, но он молча смотрит в черные зрачки соседки. Она тоже молчит, а на лице ни единой эмоции: то ли она удивлена встретить сейчас Сонги, то ли благодарна тому, что не осталась наедине с этим мужчиной.
Все трое едут молча. Фугу буквально кожей ощущает то напряжение, которое царит между мужчиной и Седжон, – это его еще больше будоражит. Он с любопытством рассматривает незнакомца, который всю поездку смотрит лишь в телефон и выглядит как крупная шишка в какой-то компании.
Лифт останавливается, и мужчина молча выходит. Седжон следует за ним, бросая мимолетный взгляд на Сонги. Что она в него пыталась вложить, для Фугу загадка. Двери закрываются, и он остается в полном одиночестве.
«Что сейчас, черт возьми, было?» Он стирает невидимый пот со лба и смотрит на свое размытое отражение в глянцевых дверцах.
Может, не стоило пренебрегать общением со своей соседкой Седжон? Возможно, тогда бы Фугу знал чуточку больше о ней и об этом странном мужчине, с которым у Седжон явно натянутые отношения. Если бы не их заварушка с Дохёном из-за Пак Джуын, то Фугу бы и дальше продолжал игнорировать ее. Только все изменилось. Ему теперь жизненно необходимо выяснить, что на самом деле не так с Лим Седжон и какой ей прок от общения с Дэном.
Фугу заходит в квартиру и сразу же чувствует аромат еды, которую приготовила домработница. Родителей, как и всегда, дома нет: отец до ночи сидит в адвокатской конторе, а мать, наверное, пропадает в очередном клубе для жен привилегированных людей Сеула.
До младшего сына родителям и дела нет. Учится себе, продолжает адвокатскую династию, как его отец и три старших брата, ну и славно. Главное, что больше не влезает в дворовые разборки, как раньше. Мин Донгу поклялся, что больше не будет отмывать имя сына и его никудышного дружка Дохёна. Фугу тогда и сам понял, что влип по-крупному. Благо отец не последний человек в судебном деле.
– Аджума[2], – обращается к домработнице Сонги, как только та выходит в прихожую встретить молодого хозяина. – Вы, случайно, не знаете, кто живет на пятнадцатом этаже?
Женщина кланяется, принимая из его рук пальто, и подает домашние тапочки.
– Вроде весь этаж принадлежит молодому предпринимателю и его семье. – Она убирает уличную обувь с прохода и следует за Сонги вглубь квартиры. – Фамилию что-то не припомню, но могу узнать, если вам нужно. С их домработницей мы часто видимся в супермаркете.
– Лучше узнайте, чем он занимается. – Сонги проходит в столовую и садится за длинный обеденный стол. Аджума без лишних слов тут же начинает накрывать ужин. – Да и вообще, все, что можете, то и узнайте про него.
– Хорошо, господин, – услужливо соглашается она и ставит перед ним приборы. – Могу я поинтересоваться, зачем вам это?
Фугу внимательно наблюдает за тем, как служанка расставляет тарелки с едой. Несмотря на то что она является для него посторонним человеком, она всегда рядом, в отличие от его настоящей семьи. Поэтому Сонги честно признается:
– Там живет девушка из моего универа. Хотел узнать про нее побольше.
– Неужели молодой господин влюбился? – улыбается она, выставляя закуски перед ним.
С Сонги у них хорошие отношения. Он вырос на ее глазах, поэтому старушка не боится сказать лишнего.
– Почему сразу влюбился? – бормочет тот, набивая рот горячим рисом. – Я для друга интересуюсь.
Наглая ложь. Свое любопытство он удовлетворить хочет, и Дохён тут ни при чем.
– Как скажете, господин Сонги. – Она ведет себя как типичная тетушка, которая раскусила племянника. – Постараюсь разузнать для вас все, что смогу.
Дохён бредет по вечерним улицам Сеула. Специально вышел на несколько остановок раньше, чтобы проветриться и подумать. Подумать над тем, что он творит с собственной жизнью, зачем прожигает ее попусту. Мог ведь и дальше гнуть свою линию, наплевать на родителей, оборвать с ними связи и следовать за мечтой, невзирая на трудности. Но это выше его сил – Дохён любит свою семью.
Как бы он ни был зол на весь мир, как бы отчаянно ни желал показать всем, чего он стоит, все равно не сможет переступить через родных. Дал обещание и держит его. Больно лишь оттого, что никто в него не верит.