Но самоуверенность Спарты опиралась на устаревшие представления и не учитывала тот факт, что создание Афинской державы с ее доходами, ее огромным и хорошо обученным флотом, а также возведение городских стен в Афинах и Длинных стен, соединявших город с укрепленным портом Пирей, было тем, что сегодня назвали бы революцией в военном деле. Все эти факторы сделали возможным появление нового стиля ведения войны, против которого традиционные методы были бы неэффективны, однако спартанцы не смогли или не захотели приспособиться к изменившимся военным реалиям.
Некоторые спартанцы полагали, что Афины, в отличие от любого другого греческого города, могут решить не сражаться, но и не сдаваться сразу, однако большинство было уверено, что даже афиняне не выдержат долгой осады. Когда началась война, спартанцы рассчитывали, что «смогут за несколько лет сокрушить афинскую мощь, опустошив вражескую землю» (V.14.3). Большинство греков были согласны с этим: «в начале этой войны одни считали, что она продлится год, другие – два, третьи – три года; но никто не мог думать, что афиняне продержатся дольше в случае вторжения пелопоннесцев в их страну» (VII.28.3).
По крайней мере, один царь Архидам знал, что Афины могут стоять бесконечно долго, не вступая в бой и не сдаваясь, так что превосходство в численности гоплитов не гарантировало победы. Впрочем, альтернативная стратегия подстрекательства к восстанию в державе требовала наличия флота, способного победить афинян на море, а для этого была необходима обеспеченность в средствах. Архидам же отмечал, что у пелопоннесцев «казна пуста, а собрать частные средства будет нелегко» (I.80.4). К началу войны у пелопоннесцев было около сотни трирем[9], но им не хватало гребцов, рулевых и капитанов, владеющих маневрами современного морского боя, которые были в совершенстве отточены афинянами. В любом морском сражении пелопоннесцы уступали бы в числе кораблей и моряков, а также в тактике.
Коринфяне пытались возразить пессимистичной, но правдивой оценке Архидама, однако бóльшая часть их предложений была невыполнима. Они сводились к выдаче желаемого за действительное, так как в конечном итоге коринфяне полагались на множество «других средств и способов, которые в частностях заранее нельзя предвидеть» (I.122.1) и на непредсказуемость войны, которая «сама выбирает пути и средства в зависимости от обстоятельств» (I.121.1).
АФИНЫ
Никогда ранее в истории Греции план оборонительной войны, подобный тому, что предложил Перикл, опробован не был, поскольку ни один полис вплоть до прихода Афинской державной демократии не имел средств для его реализации. Однако, несмотря на все трудности, такой план был лучше, чем традиционный метод ведения войны. Любая мысль о встрече с врагом в сухопутном сражении была бы глупостью ввиду огромного преимущества в численности, которым обладали пелопоннесцы. В начале войны афиняне располагали армией из 13 000 пехотинцев в возрасте (от двадцати до сорока пяти лет) и в форме, позволявших сражаться, и еще 16 000 старше и младше этого возраста, которые могли выступить в фалангах, отправленных в пограничные форты и к стенам, окружавшим Афины и Пирей, а также соединявшим их между собой. Плутарх сообщает нам, что спартанская армия, вторгшаяся в Аттику в 431 г. до н. э., насчитывала 60 000 человек (Плутарх, Перикл 33.4). Это число преувеличено, но спартанские войска должны были превосходить афинских гоплитов в соотношении два-три к одному.
Мощь и надежды Афин зиждились на их потрясающем флоте. В их верфях находилось не менее трехсот пригодных к плаванию военных кораблей и имелись также другие, которые можно было отремонтировать и использовать при необходимости. Их свободные союзники – Лесбос, Хиос и Керкира – также могли предоставить корабли, возможно более сотни. Против такой армады пелопоннесцы могли выставить лишь около ста кораблей, а мастерство и опыт их экипажей не шли ни в какое сравнение с афинскими, что еще не раз докажет первое десятилетие войны.
9
Трирема, или триера (от лат. tria – «три», remus – «весло»), – боевой корабль в три ряда весел с тараном в носовой части. –