— Кстати, в Лондоне я не так уж много работала, — продолжала Стейси. — Многие группы рассредоточились, потому что в столице за ними легко следить. Манчестер, Бредфорд, Лидс… вот где я проводила большую часть времени.
— Вы думаете, что от вашей деятельности был какой-то прок?
Она ненадолго задумалась:
— Мы все надеемся, что от нашей деятельности есть какой-то прок, разве нет?
Он кивнул, поднес кружку к губам, сделал несколько глотков и поставил на стол.
— Я продолжаю расследовать смерть Бена.
— Знаю.
— Это ваш начальник вам сказал?
Стейси кивнула.
— А ведь он все время чинит мне препятствия.
— Вероятно, в этом и заключается его работа, инспектор. Здесь нет личных мотивов.
— Создается впечатление, что он выгораживает человека по имени Ричард Пеннен.
— Компания «Пеннен Индастриз»?
Ребус, кивнув, ответил:
— Пеннен оплачивал проживание вашего брата в отеле.
— Странно, — задумчиво произнесла она. — Отношения между ними вовсе не были теплыми.
— Да?
— Бен побывал во многих горячих точках. Он отлично знал, к каким ужасным последствиям может привести торговля оружием.
— Но ведь мне настойчиво внушают, что Пеннен продает технологии, а не оружие.
Она фыркнула:
— Где технологии, там и оружие. Бен хотел всем открыть на это глаза. Вам следовало бы заглянуть в «Хансард»[19] — в своих выступлениях в палате общин он поднимал множество весьма непростых вопросов.
— Но тем не менее Пеннен платил за его номер…
— И Бен наверняка испытывал злорадное чувство. Жить в номере, который оплачивается властным негодяем, и одновременно разоблачать его махинации. — Сделав паузу, она качнула свой стакан, размешивая содержимое, а потом снова подняла глаза на Ребуса. — А вы подумали, что это была взятка, верно? Что Пеннен покупал Бена? — Молчание Ребуса было ответом. — Мой брат был порядочным человеком, инспектор. — И тут наконец ее глаза наполнились слезами. — А я, черт возьми, даже не пришла на его похороны.
— Он наверняка понял бы вас, — стал утешать ее Ребус. — Мой собственный… — У него перехватило горло, и он откашлялся. — Мой собственный брат умер на прошлой неделе. В пятницу его кремировали.
— Искренне сочувствую.
— Ему было чуть за пятьдесят. Врачи сказали, что это инсульт.
— Вы с ним много общались?
— В основном по телефону… Я когда-то засадил его в тюрьму за наркотики.
Он посмотрел на Стейси, ожидая ее реакции.
— И именно это не дает вам покоя? — спросила она.
— Что именно?
— То, что вы так и не сказали ему… — Она не смогла договорить — лицо перекосилось, слезы хлынули из глаз. — Так и не сказали, что сожалеете об этом.
Встав из-за стола, она направилась в туалет — сейчас это была на сто процентов Стейси Уэбстер. Ребус собирался было пойти за ней или хотя бы послать в туалетную комнату девушку, прислуживающую в баре. Но, подумав, снова опустился на стул и, размышляя о родственных связях, стал крутить в руках кружку, пока на поверхности пива не появилась свежая пена. Эллен Уайли и ее сестра, Дженсены и их дочь Вики, Стейси Уэбстер и ее брат Бен.
— Микки, — прошептал он.
Перекличка мертвых, необходимая для того, чтобы они не чувствовали себя забытыми. Бен Уэбстер. Сирил Коллер. Эдвард Айли. Тревор Гест.
— Майкл Ребус, — сказал он громко, поднимая руку с бокалом пива.
Затем встал и пошел к стойке за новыми порциями пива и водки с тоником. Пока бармен отсчитывал сдачу, он слушал прогнозы завсегдатаев в отношении шансов британской команды на Олимпиаде 2012 года.
— Как это Лондон умудряется повсюду поспеть? — недоумевал один из посетителей.
— Странно, что они не захотели принимать у себя «Большую восьмерку», — поддержал его собутыльник.
— Знали, гады, во что это выльется.
Ребус задумался. Сегодня среда… саммит заканчивается в пятницу. Еще один день, и город снова начнет возвращаться к нормальной жизни. Стилфорт, Пеннен и все прочие отправятся к себе.
Отношения между ними вовсе не были теплыми…
Депутат парламента пытался противостоять грандиозным планам Ричарда Пеннена. А ведь это переводит Пеннена в разряд подозреваемых или, по крайней мере, свидетельствует о том, что у него был мотив. Но если надо от кого-то избавиться, зачем привлекать к этому столько внимания? Можно ведь сделать так, что комар носу не подточит, — задушить подушкой во сне, накачать наркотиками и оставить в мчащемся автомобиле или устроить так, что человек вышел из дому — и с концами…