Рик Эмброуз знает, чем живет современная молодежь, и держит руку на пульсе улиц.
– Ты говорила с Риком о Ларри? – выдавил Расс.
– Да, но ты не волнуйся, я о Перри не проболталась. То есть проболталась, но только тебе. Не Рику. Мне нужен был совет, как относиться к тому, что пятнадцатилетние курят травку. Рик сказал, что уж чего-чего, а “Перекрестков” мне бояться нечего. У них очень строгие правила в том, что касается выпивки и наркотиков на занятиях. И секса, конечно. Хотя об этом мне точно не нужно беспокоиться. Бедный Ларри, я ни разу не видела, чтобы он хоть посмотрел на девушку. Он влюблен в Перри – в переносном смысле, вообще-то у него нет отклонений. А может, и есть. Если так, хорошо, что Бобби об этом уже не узнает.
Расс силился придумать и сказать ей что-нибудь мудрое, под стать глубоким знаниям Эмброуза о молодежи.
– Когда я вернулась домой и обнаружила, что Ларри под кайфом, – продолжала Фрэнсис, – у меня словно открылись глаза. А потом я свалилась с простудой, и когда наконец выздоровела, во мне будто что-то перевернулось. Я вдруг поняла, что отныне должна жить иначе – больше времени уделять детям, перестать гоняться за мечтой о повторном браке. Мне захотелось закатать рукава и взяться за дело. Больше помогать тебе и Китти в вашей работе, и еще я спросила у Рика, могу ли чем-то помочь “Перекресткам”. Отчасти потому, что теперь я несу двойную ответственность за Ларри и Эми: я должна быть им не только матерью, но и отцом. А отчасти… Тебе никогда не казалось, что ты родился слишком рано?
– Ты имеешь в виду, хотел бы я стать моложе?
– Да кто не хотел бы. Но я о другом – о том, что сейчас происходит. Столько экспериментов, столько сомнений в прежних ценностях. Взять хотя бы то, что теперь девочки могут одеваться, как мальчики – жаль, что у меня этого не было. Жаль, что в моей юности не было “Битлз”. Жаль, что тогда не было принято пожить вместе, а потом уж решать, жениться или нет: в моем случае это было бы просто необходимо. У меня такое ощущение, что я родилась лет на пятнадцать раньше, чем следовало.
– Все это было уже в начале пятидесятых, – заметил Расс. – В Нью-Йорке, в Гринич-Виллидже, когда я там жил, уже было все, о чем ты говоришь, разве что оно было чище, пожалуй.
– В Нью-Йорке, может, и было. Но не в Нью-Проспекте.
– Пожалуй, я не жалею, что родился так рано. – Расс напомнил себе, что не стоит расхваливать Гринич-Виллидж, ведь они с Мэрион прожили там всего два месяца, а до этого два года – в доме для семинаристов на Восточной Сорок девятой. – В так называемой современной молодежной культуре меня раздражает вот что: молодые считают, будто она возникла на пустом месте. Современная молодежь уверена, что это она изобрела политический радикализм, добрачный секс, гражданские права и права женщин. Большинство не читало ни Юджина Дебса, ни Джона Дьюи, ни Маргарет Сэнгер, ни Ричарда Райта[26]. Когда я в шестьдесят третьем был в Бирмингеме[27], большинство протестующих были мои ровесники или старше. С тех пор изменилась разве что мода: другая музыка, другие прически. А это все наносное.
– Ты правда считаешь, что больше ничего не изменилось? Да если бы у нас в старших классах была такая группа, как “Перекрестки”, я бы сразу в нее вступила. Если бы в двадцать лет я прочитала Бетти Фридан и Глорию Стайнем[28], вся моя жизнь сложилась бы иначе.
Расс нахмурился. В Эмброузе он чуял угрозу, но уж от Китти Рейнолдс никак не ждал подвоха.
– Я всего лишь хочу сказать, – ответил он, – что антивоенные демонстрации, движение за гражданские права – и, конечно же, феминизм, – выросли из семян, посаженных давным-давно.
– Ладно, приняла к сведению. Можно я скажу тебе одну ужасную вещь?
Она снова передвинулась на сиденье, прижалась спиной к пассажирской двери, касалась ногой его ремня безопасности. Теперь ремень врезался ему в пах.
– Я оставила пакет Ларри себе, – сказала Фрэнсис. – Представляешь? Сперва собиралась смыть траву в унитаз, и Ларри слышал, как льется вода, но я не выкинула марихуану, а спрятала у себя в комнате.
Все, что Расс сейчас наговорил о своей молодости, было чушь и вранье. Ему хотелось бы стать ровесником Фрэнсис.
– Я жду, преподобный Хильдебрандт. Вы скажете мне, что я поступила дурно?
– Пожалуй, с точки зрения закона это опасно.
– Ой, да ладно тебе. Не заявятся же ко мне копы и не вышибут дверь.
– И тем не менее. Что ты намерена с ней делать?
– Ну, я… сам-то как думаешь?
Он кивнул. Как пастырь он чувствовал себя обязанным предостеречь ее от пути беззакония, но не хотел вновь показаться приличным и старомодным.
26
Юджин Виктор Дебс (1855–1926) – деятель рабочего и левого движения в США, один из организаторов Социалистической партии Америки. Джон Дьюи (1859–1952) – американский философ и педагог. Маргарет Хиггинс Сэнгер (1879–1966) – американская активистка, основательница “Американской лиги контроля над рождаемостью”. Ричард Натаниэль Райт (1908–1960) – писатель, автор произведений о жизни чернокожего населения Америки.
27
В Бирмингеме, штат Алабама, в 1963 г. проходили массовые протесты против расовой сегрегации.
28
Бетти Фридан (1921–2006) и Глория Стайнем (род.1934) – известные американские феминистки.