Оба противника рухнули как подкошенные. Карабин Крастера отлетел далеко в сторону. Принявший пули бронежилет спас лейтенанту жизнь, но с ранениями в обе ноги это его совсем не радовало. Как бы ни пробивал через адреналин страх, Крастер не собирался ни сдаваться в плен на радость живодерам из северокорейской госбезопасности, ни уходить в иной мир без боя.
Неподалеку мелькнул силуэт еще одного северокорейца, и лейтенант дважды выстрелил из М9[35], конечно же не попав. В отместку сбоку резанул своим т-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р ещё один пистолет-пулемёт. Опиравшийся на левую руку Крастер ткнулся лицом в траву. Попытку, заорав, из последних сил застрелить хотя бы этого, встретила ещё одна очередь…
Последней мыслью уходящей жизни, пришедшей вместе с вспышками дульного пламени пистолета-пулемета коммунистов и заполняющей горло кровью, было: «А ведь все же должно было случиться совсем не так…»
Вспышка!
Крастер стоял в проходе пилотской кабины «Супер Сталлиена», и под вертолетом стелились освещённые утренним солнцем вершины корейских гор. Впереди, прямо по курсу строя вертолетов, собиралась темная дождевая туча.
Крастер почувствовал, что у него под шлемом по-настоящему встают дыбом волосы. Марк Рюккер повернул к нему голову:
– Синоптики облажались, Джош! Сейчас полетим под дождиком. Отклоняться от курса командир эскадрильи не будет.
Все те слова, что только что хотелось сказать Крастеру, застряли у него в горле. Он машинально глянул назад сквозь открытую дверь – стрелковый взвод лейтенанта почти в полном составе спал…
Грохнул гром, мелькнула вспышка, и голос Рюккера подавился ругательством – в стекла пилотской кабины лезли вершины растущих на горном склоне деревьев…
Смерть II
Цель всякого боевого обеспечения заключается в том, чтобы защитить войска, находящиеся на отдыхе, в движении или на поле боя, от внезапного нападения наземного или воздушного противника. За счет охранения войска выигрывают время для подготовки к наступлению или обороне. Поэтому в отличие от разведывательных подразделений части и подразделения, выделенные в охранение, нередко получают боевую задачу.
В принципе любая войсковая единица выставляет собственное охранение, если на этот счет не имеется никаких особых приказов. В связи с этим командиры всех степеней, вплоть до командира отделения, должны быть постоянно готовы к принятию необходимых мер по организации охранения. Различают следующие виды боевого обеспечения: обеспечение на отдыхе (сторожевое охранение), обеспечение на марше (походное охранение) и обеспечение на поле боя (боевое охранение)…
В первые несколько минут после падения вертолета думать над пролетевшим перед глазами ярким, но очень коротким эпизодом жизни некоего лейтенанта было некогда. Всё занимали действия, Кабина, сверху донизу забрызганная кровью Рюккера, хрипящего на своем сиденье, командир экипажа, шипящий от боли в проходе и нянчивший руку с распухающим на глазах запястьем, крики, стоны и ругательства из пассажирской кабины слились в одну сплошную какофонию.
Для первых мыслей о том, что произошло, и даже осторожных предположений, не рехнулся ли Джордж Армстронг Крастер ненароком от приступа тоски по небу, время нашлось не раньше, чем во время забега от вертолета – как и прошлый раз, вчетвером тащили с собой бедолагу Рюккера. Жарящее с неба солнце, высокая трава и напуганные вертолетом птицы над головой из всех сил кричали о дежавю – верить в которое не хотелось.
Вера в плеснувшие в глаза вспышки дульного пламени ППШ пришла не раньше, чем Соренсен начал до мелочей повторять хранящиеся в памяти Крастера действия, мельком глянув на руку Фаррелла и приступив к первичной обработке ран Рюккера.
По остальным, сравнительно с хранившимися в памяти картинами, тоже ничего не изменилось. Хорни с его изумленной физиономией и дикими глазами в совпадающем до мелочей монологе по-прежнему поражал своим интеллектуальным озарением и представлял собой настоящую провокацию нарушения закона вышестоящими начальниками. Не плюхни оравший на морпехов Рок ему между делом ладонью по шлему, Крастер и сам бы его, пожалуй, таким образом приласкал. Растерянный рядовой свалился наземь и поймал подсрачник ботинком от подключившегося к наведению порядка штаб-сержанта Ковальски. Чувство «уже виденного» вопило изо всех сил.