Борис Михайлович медленно выдохнул. Распирающая боль от удара в животе немного ослабла. Откинулся на спинку кресла. Зажмурился. Тяжко, загнанно задышал.
И тут хлынул ливень…
Струи хлестали по капоту так, что он не услышал звук двигателя подкатившей сзади машины. Только в разводах на лобовом стекле успел заметить отсвет лунный свет фар.
«Здесь — так здесь. Какая разница?» — подумал он и не стал тянуться за пистолетом. Руки так и остались лежать на руле, безжизненные и бессильные. А пистолет остался лежать в кобуре, тяжёлый и бесполезный.
Мужская фигура в долгополом чёрном плаще вынырнула под дождь. Неспешно прошла вдоль машины.
Мягко открылась задняя правая дверь. Вздохнули диванные подушки, приняв на себе тяжесть человеческого тела.
Борис Михайлович поднял голову и посмотрел в зеркало. В узкой полоске увидел только отражение нижней части лица. Заострённый подбородок с ямочкой, резкие морщины в углах тонких губ.
— Я рад, что перехватил вас на полдороге к смерти, Борис Михайлович, — сухим голосом произнёс незнакомец.
Борис Михайлович мрачно подумал, что до смерти оставались считанные метры, но промолчал. Странно, но нервное напряжение, измочалившее все внутри, с появлением незнакомца стало заметно слабеть.
— Расслабьтесь и выслушайте меня. Возможно, у вас появится альтернативный вариант. Пока, насколько могу судить, у вас он был единственный и совершенно бесперспективный.
В зеркальце мелькнула тонкая сухая кисть, золотым огоньком блеснул перстень на безымянном пальце. Послышался шелест распахиваемого плаща.
— Кто вы?
— Об этом позже. Давайте по порядку. Итак, некоему старшему офицеру Службы безопасности президента стало известно об угрозе широкомасштабного террористического акта в Москве. Детали опустим, оставим суть — четыре ядерных фугаса ранцевого типа размещены в системе подземных коммуникаций. Синхронный подрыв их приведёт сползанию Воробьёвых гор в пойму Москва-реки, разрушению плотины Химкинского водохранилища и запруживанию русла Москва-реки разрушенным Храмом Христа Спасителя. По приблизительным расчётам при первом ударе погибнет до трети населения столицы. Я правильно излагаю?[32]
— Если это вы…
— Упаси Господь! Мы-то сделали все возможное, чтобы обезвредить фугасы. Можете вздохнуть свободно, ровно двадцать минут назад мы обнаружили пульт дистанционного подрыва. Угрозы больше нет. Руководитель операции обезврежен, сейчас дочищаем мелких исполнителей. Уверяю вас, к завтрашнему утру это небольшое происшествие станет достоянием истории. То самой, даже о существовании которой известно весьма ограниченному кругу лиц.
— Кто вы?
— Об этом в самую последнюю очередь. Пока речь идёт об офицере спецслужбы, который решил обыграть чрезвычайную ситуацию в политических целях своей группировки. Трудно спорить с очевидным: под угрозой масштабной катастрофы думать о выборах — просто преступная халатность. Группировка СБП решила убить разом двух зайцев. Избежать позора перевыборов полуразложившегося Ельцина, но при этом обеспечить себе полный контроль за «телом». Введение чрезвычайного положения под угрозой теракта — это прекрасный ход. Но… В критический момент появляются из тени странные фигуры и переламывают партию в свою пользу. Вам назвать фамилии?
— Давайте, если вы уж такой осведомлённый!
— Назову одну. Салин Виктор Николаевич, функционер фонда «Новая политика», в недавнем прошлом работник Комитета партийного контроля. Партийной контрразведки, если быть точным. Он только что встретился с шефом СБП и попросту сломал его через колено. Что-что, а Салин это умеет. На планах объявления ЧП в городе и стране поставлен крест. На карьере и жизни офицера, инициировавшего интригу, так же поставлен крест. Это условия агремана.
Сквозь поредевшие потоки воды из темноты проступили огоньки микрорайона, до которого не дотянул Борис Михайлович.
— Но вас это не должно волновать.
— Это почему же?
— Полковник Подседерцев только что выпал из окна своей квартиры.
Борис Михайлович заторможено развернулся. И встретился с пронзительным холодным взглядом. Оказалось, что незнакомец довольно пожилой мужчина, высохший лицом и седой, как лунь.
— Вы вправе подъехать к дому и лично убедиться в том, что на лужайке лежит труп мужчины, выпавшего из окна квартиры на двенадцатом этаже. Номер квартиры вам известен. Можете подняться в квартиру и осмотреть место происшествия. Киллер обещал сработать чисто, имитируя самоубийство, но мелкие улики вполне могли остаться. Проверьте, Борис Михайлович. Но, боюсь, в таком случае кто-то поспешит исправить свою ошибку, и мы с вами больше никогда не встретимся.
32
— угроза ядерного теракта в столице стала основой сюжета романа «Странник: Чёрная Луна».