13. «Иные почтенные шраманы и брахманы, живущие подаяниями веры, прилежно посещают [все] зрелища — танцы, песенные, музыкальные и драматические представления, драмодекламацию[134], „ручную музыку“[135], искусство веталы[136], битье в литавры, сказочные представления, искусство чандалов[137], фокусы с бамбуком, мытье [костей][138], сражения слонов, коней, буйволов, быков, козлов, баранов, петухов, перепелок, бои на палках и кулаках, борьбу, фехтование, смотры войск, расстановку войск, парады, — отшельник же Готама избегает всех подобных зрелищ». Так, монахи, простые люди воздают хвалу Татхагате.
14. «Иные почтенные шраманы и брахманы, живущие подаяниями веры, принимают участие в играх — в [игре] на восемь полей, на десять полей, [в игре] на воздухе, в игре в круг, с камнями, с игральной доской в палочки, в руку-щетку[139], в кости, в трубочки, в игрушечные плуги, в кувыркание, в детские ветряные мельницы, в детские бочонки, в маленькие колесницы, в игрушечные луки, в буквы[140], в имитацию телесных изъянов, — отшельник же Готама отвращается от всех подобных игр». Так, монахи, простые люди воздают хвалу Татхагате.
15. «Иные почтенные шраманы и брахманы, живущие подаяниями веры, с удовольствием пользуются высокими и роскошными ложами [и покрывалами] — шезлонгом, софой, шерстяным одеялом, читгакой[141], белой шерстью; покрывалом, вышитым цветами; матрасом; покрывалом, вышитым фигурами зверей; покрывалом с каймой на каждой стороне; покрывалом, вышитым драгоценными камнями; шелковой тканью, шерстяным ковром, хаттхатхарой, ассатхарой, раттхатхарой[142], — отшельник же Готама не приемлет все эти высокие и роскошные ложа». Так, монахи, простые люди воздают хвалу Татхагате.
16. «Иные почтенные шраманы и брахманы, живущие подаяниями веры, охотно пользуются нарядами и косметикой, пудрой, массажем, ваннами, шампунем, зеркалами, глазной мазью, венками, румянами, средствами для растирания лица, браслетами, укладкой волос, тростями, медицинскими препаратами, мечами, зонтиками, нарядными туфлями, тюрбанами, драгоценными камнями, воловьими хвостами, белеными одеждами с длинной каймой, — отшельник же Готама не приемлет все эти наряды и косметику». Так, монахи, простые люди воздают хвалу Татхагате.
17. «Иные шраманы и брахманы, живущие подаяниями веры, охотно проводят время в детской болтовне: о царях, ворах, министрах, армии, опасностях, сражениях, еде, питье, одежде, ложах, гирляндах, ароматах, родственниках, колесницах, деревнях, рынках, городах, странах, женщинах, [мужчинах], героях, [распространяют] уличные сплетни, [рассуждают] о рабынях, умерших, обо [всем] „бессвязном“, о локаяте[143], об океане, о том, что есть и чего нет[144], — отшельник же Готама от всех этих пустых разговоров отвращается». Так, монахи, простые люди воздают хвалу Татхагате.
18. «Иные почтенные шраманы и брахманы, живущие поданиями веры, проводят много времени в разнообразных спорах, как-то: „Ты такое-то и такое-то учение или предписание не знаешь, а я его знаю, и как тебе [вообще] его знать?“, „Ты на ложном пути — я на истинном“, „То, что говорю я, — связно, что ты говоришь — бессвязно“, „То, что надо было сказать вначале, ты говоришь в конце, и наоборот“, „Ты говоришь непродуманное, а потому я опрокидываю [твой тезис] и ты потерпел поражение“, „Походи, поучись или продумай [свой] предмет, если, [конечно], можешь“[145]. Отшельник же Готама от подобных распрей уходит». Так, монахи, простые люди воздают хвалу Татхагате.
19. «Иных почтенных шраманов и брахманов, живущих подаяниями веры, часто используют [как мальчиков] на побегушках и посыльных для царя, для министра, для кшатриев, для брахманов, для домохозяев, для юнцов, [как-то]: „Иди сюда — иди туда! Унеси то — принеси это!“ К отшельнику же Готаме все это не имеет отношения». Так, монахи, простые люди воздают хвалу Татхагате.
20. «Иные почтенные шраманы и брахманы, живущие подаяниями веры, прибавляют доходы к доходам обманом, болтовней, предсказаниями и фокусами, шраман же Готама от обмана и болтовни отвращается». Так, монахи, простые люди воздают хвалу Татхагате.
[Здесь] завершается средняя глава о морали.
21. «Иные почтенные шраманы и брахманы, живущие подаяниями веры, кормятся ложными занятиями и пустыми знаниями — о членах тела, предзнаменованиях, предсказаниях, снах, знаках, а также [гаданиями по] мышиной грызне, по жертвоприношению огня, по ложке, по мякине, по рисовой шелухе, по рисовым зернам, по маслу, по растительному маслу, по „приношению устам“[146], по крови, прорицаниями по членам тела[147] и по жилищу, знаниями о науке управления, о благословениях, о живых существах, змеях, ядах, скорпионах, мышах, птицах, вороньем языке, сроках жизни, о защите от стрел и всех животных. Шраман же Готама подобные пустые знания отвергает». Так, монахи, простые люди воздают хвалу Татхагате.
134
Так мы переводим термины в последовательности: naccaṃ gītaṃ vāditaṃ pekkhaṃ ākkhanam. Наибольший интерес представляют два последних термина, позволяющие, вероятно, говорить о наличии элементов светской драмы, возможно, вполне еще рудиментарной, в раннебуддийскую эпоху. Хотя в одной из новых монографий убедительно доказано, что сакральная, мистернальная драма восходит уже к шраманской эпохе и является в древности преобладающим направлением сценического действа (см.: Лидова H. Р. Драма и ритуал в древней Индии. М., 1992. С. 121, 123), можно предположить, что параллельно этому основному течению развивались и отдельные светские жанры, в том числе, вероятно, балаганно-фарсовые и прочие.
135
Pāṇissaram. N. Франке полагает, что подразумеваются хлопки в ладоши и ритмические удары по металлу: Dīghanikāya. Das Buch der langen Texte, des Buddhistischen Kanons in Auswahl uebers. von R.О. Franke. Goettingen; Lpz., 1913. S. 8. T. Рис-Дэвидс видит здесь специальный музыкальный инструмент. См.: Rhys Davids T.W., Stede W. Pali-English Dictionary. Delhi, 1993. P. 451.
136
Vetālam. Термин, очень трудный для интерпретации, по крайней мере в данном контексте. Английский переводчик видит здесь просто «магическое искусство», палийский комментарий — игру на ударном инструменте, О. Франке склоняется, как кажется, к тому, чтобы предположить здесь искусство бардов или рассказы о приключениях демонов-ветал, устраивавших свое жилище в трупах, с чем не соглашается Т. Рис-Дэвидс, основывающийся на том, что повествования о Ветале относятся к более позднему времени. См.: Dīghanikāya. Das Buch der langen Texte. S. 8 Anm. В палийско-английском словаре предлагается осторожная интерпретация — в качестве «какой-то магической игры»: Rhys Davids T.W., Stede W. Pali-English Dictionary. P. 647.
137
Candalam. Палийский комментарий предлагает значение «игра с металлическими шарами», О. Франке предпочитает видеть здесь вообще жонглерское искусство (в котором специализировались люди низкого происхождения) — Dīghanikāya. Das Buch der langen Texten. S. 9 Anm.
138
Dhopanam. В палийско-английском словаре предполагается, что речь идет о церемониальном омовении костей в качестве погребальной церемонии (после захоронения тела) и вместе с тем снова о какой-то игре «жонглеров». См.: Rhys Davids T.W., Stede W. Pali-English Dictionary. P. 343.
139
Salakahattham. Вероятно, какая-то игра, когда рука погружается в лак или краску и используется в качестве щеточки или кисточки (Ibidem. Р. 699).
140
Akkharikam, правильнее akkharikā. Игра, состоявшая, вероятно, в узнавании слогов, написанных в воздухе или на спине кого-то из игравших (там же. Р. 2).
142
Последнее слово означает какую-то материю, употребляемую для обивки; значение двух первых неясно.
143
Имеется в виду та самая дисциплина красноречия и диалектики, доказательства и опровержения любого тезиса, о которой уже подробно говорилось. Контекст данного понятия в этом пассаже полностью отражает пренебрежительное отношение буддистов к искусству локаяты.
144
Список тем этих «пустых разговоров» воспроизводится и в других палийских текстах. Ср., к примеру: Маджджхима-никая I. 513.
146
Mukha-homam. Подразумевается либо приношение каких-то жертв на огне, либо просто милостыня нуждающимся. См.: Dīghanikāya. Das Buch der langen Texte. S. 14–15.