– Боже, как вкусно! – Алис уплетала что-то за обе щеки, и это выглядело так сексуально.
– Знала бы ты, как меня заводит, когда ты ешь… вот так. – Он нащупал под столом ее коленку.
– М-м-м, – Алис накрыла своей рукой его руку под столом. – Жаль, что после таких ужинов можно только лежать и охать.
– Ничего, крокодилос еще свое возьмет. Когда пузо перестанет волочиться по земле. В бассейне на балконе!
Алис хихикнула – захмелевшая от еды и вина, как и он, счастливая, разнеженная, наполненная звучанием любви.
– Знаешь, как это называется по-гречески? – Она взглянула в телефон: какой-то блог, который читала всю поездку и из которого узнала, как правильно заказывать кофе, здороваться и благодарить.
– М? Что – это?
– Вот это. – Алис показала рукой на еду, на них обоих, на таверну, на деревья с фонариками, на темное звездное небо над горами: – Мья хара[14].
Профессор Морелль закрыл досье с материалами дела и нахмурился. Тело, обнаруженное работниками Музея искусства и истории в одном из египетских саркофагов. Неожиданное и очень странное убийство. Он постучал карандашом по столу, а потом набрал номер секретаря.
– Свяжитесь, пожалуйста, с комиссаром Деккером. По поводу истории с трупом в саркофаге. И с криминалисткой Деккер, разумеется. Они нужны оба. И срочно. Подготовьте все документы. Пусть собирают свою группу.