— Сяо-янь, не беспокойся! Я не позволю себе опуститься. Я буду достойна твоей дружбы…
Линь Дао-цзин и Юй Юн-цзэ начали жить вместе. Две их небольшие комнатки, обставленные в китайском стиле, всегда сверкали чистотой. На книжной полке стояла старинная фарфоровая ваза, на столе — ваза с цветами. На стене висели две фотографии: одна — Льва Толстого, а другая — увеличенный фотопортрет Дао-цзин и Юй Юн-цзэ. Эти фотоснимки были в изящных зеркальных рамках. В их комнатах веяло теплом, уютом, спокойствием. Казалось, что здесь всегда царит весна.
Юй Юн-цзэ был совершенно счастлив. Он сумел завоевать сердце девушки, которую так нелегко было покорить! Это наполняло его душу гордостью. По утрам, перед уходом на занятия, Юй Юн-цзэ, обнимая жену и глядя в ее чистые глаза, говорил:
— Дорогая, жди меня! Я скоро вернусь!
Словно отправляясь в дальний путь, он задерживался в дверях, чтобы бросить еще один прощальный взгляд на нее.
В полдень, когда Юй Юн-цзэ возвращался, он прежде всего целовал жену, затем садился у маленького обеденного столика и, барабаня пальцами по щеке, с довольной улыбкой спрашивал:
— Обед готов? Что ты сегодня приготовила? Рис и яичница? Прекрасно! Я очень люблю, когда ты сама готовишь. Дао-цзин, до чего же мы с тобой счастливы!
Действительно, Дао-цзин чувствовала себя счастливой. Теплота и участие, которые проявлял к ней Юй Юн-цзэ, согревали и успокаивали ее измученную душу. Он прилагал все силы, чтобы сделать ее семейное гнездышко уютным. Хотя Дао-цзин и Юй Юн-цзэ ютились в двух маленьких комнатушках, Дао-цзин считала, что она живет несравненно лучше, чем в Бэйдайхэ.
Однако с течением времени в душе ее начало расти чувство неудовлетворенности и беспокойства. Иногда она полушутя говорила мужу:
— Ты учишься в университете, у тебя есть книги и есть дело, которым ты занят, а я?.. Есть ли такое дело у меня?
Успокаивая ее, Юй Юн-цзэ говорил:
— Ну и что? Очень многие жены профессоров нашего университета закончили институты, а некоторые даже учились за границей, но теперь сидят дома: ухаживают за мужьями, воспитывают детей. Дао-цзин, если тебе скучно, помогай мне подбирать научные материалы, переписывай их. Если это тебе не нравится, изучай кулинарию, учись шить. Кроме того, ведь мы не вечно будем с тобой вдвоем… — Говоря это, он нежно целовал ее руку.
— Юн-цзэ, почему ты всегда так говоришь?.. — Дао-цзин отдергивала руку и с упреком смотрела на него. — Прежде, когда мы жили в Бэйдайхэ, твои взгляды казались мне такими широкими, а твои мысли — такими богатыми! Мне особенно нравилось, когда ты говорил о людях, о литературе… А теперь? Ты постоянно твердишь то о еде, то о детях. Ты ведь знаешь, что я мечтаю о другом.
— Чего же ты хочешь? — спрашивал он, улыбаясь.
— Я хочу самостоятельности, хочу занять достойное место среди людей, хочу стать настоящим человеком!
— Я не против этого, — поспешно уступал Юй Юн-цзэ. — Я и прежде стоял за то, чтобы женщина освободилась от кухни. Это важная социальная проблема. Но ведь ты не можешь найти себе работу, что же теперь делать?
Однажды Дао-цзин обрадованно сказала мужу:
— Я нашла работу!
— Что? Нашла работу? — переспросил Юй Юн-цзэ, словно испугавшись чего-то. — Кто тебе помог?
Дао-цзин рассказала, что отец ее школьной подруги Ли Юй-мэй стал управляющим книжного магазина в Сидане[37]. В этом магазине сейчас как раз не хватает продавца, и Ли Юй-мэй говорила о ней со своим отцом. Она уже дала свое согласие и готовится завтра идти на работу.
Весь вечер Юй Юн-цзэ был в плохом настроении. Сидя за письменным столом, он пытался заниматься, но у него ничего не получалось. Подперев голову руками, он задумался. Дао-цзин же, напротив, была весела. Подняв голову от книги, она заметила, что Юн-цзэ чем-то обеспокоен, и легонько толкнула его:
— Юн-цзэ, что ты сегодня такой невеселый? Неужели не рад, что я нашла работу? Ведь это облегчит бремя, которое ты несешь.
Сильно сжав ее руку, он горячо заговорил:
— Дао-цзин, ты поступаешь неправильно! Подумай сама: через год с небольшим я кончаю университет. Я очень много думаю о своем будущем, о нашем с тобой будущем. Последнее время Ху Ши[38] и другие ученые ратуют за изучение древней классики. Сейчас особенно ценятся критические исследования по литературе. Поэтому сейчас я не особенно много читаю художественных произведений, посещаю только нужные мне лекции и хожу в библиотеку лишь для того, чтобы усовершенствоваться именно в области критики. В наше время вопрос о работе очень сложен. Но я уверен, что после окончания университета передо мной он не возникнет. И тогда наша жизнь, я думаю, станет намного лучше. Поэтому-то я не хочу, чтобы самый близкий мне человек метался из стороны в сторону. Тебе не следовало соглашаться работать продавщицей в этом книжном магазине. Кроме того, я хочу тебе напомнить о начальнике управления Ху, твоем бывшем «женихе». Ты не боишься встретиться с ним?
38
Ху Ши — реакционный философ, долгое время жил в США, сейчас находится на острове Тайвань.