II. Я новой радостью расцвел:Не стал изменниц обличатьИ вспоминать обид укол,На гнев мужей негодовать,15 Метаться в исступленье,Скорбеть, что годы напролетЛюбовь мне счастья не несет,Что стал с тоски как тень я.Нет! Искренность душа блюдет.20 И в том – свобода из свобод.
III. Я ворох слов пустых отмел,Что лучшей донны не сыскать,Что свет еще не произвелДругих красавиц ей под стать.25 Не плачу ночь и день я,Твердя, что рабство не гнететИ мне всего наперечетМилей сей цепи звенья.Пусть донны знают наперед,30 Что это все – наоборот.
IV. Да тем, кто в плен к любви пошел,Ужель наград пристало ждать?Народный присудил глаголЛишь победителей венчать.35 Кто знал страстей волненье,Желаний буйный хоровод,Но их смирил, – уж верно, тотДостойней восхищенья,Чем лучший между воевод,40 Что замки сотнями берет.
V. Противно свой позорить пол —Метаться, млеть, молить, мечтать:Кто все к слащавым стонам свел,Тех надобно гадливо гнать!45 Я не меняю мненья:Тем честь, кто честь за чушь не чтет!Стрела любви стремит свой летЛишь в сердце, чье стремленьеК восторгу высшему ведет.50 К достойным должный дар дойдет.
VI. Не вздор, не вожделеньеМеня к возлюбленной влечет,А величавой воли взлет.
Аймерик де Пегильян
(годы творчества – 1195–1230)[256]
В моей любви – поэзии исток[257]
I. В моей любви – поэзии истокЧтоб песни петь, любовь важнее знанья, —Через любовь я все постигнуть мог,Но дорогой ценой – ценой страданья.5 Предательски улыбкой растревожа,Влекла меня любовь, лишь муки множа.Сулили мне уста свое тепло,Что на сердце мне холодом легло.
II. Хоть жалость и не ставится в упрек,10 Но не могу сдержать свое роптанье:Ведь не любя жалеть – какой тут прок?Чем медленней, тем горше расставанье.Нет, в жалости искать утех негоже,Когда любовь готовит смерти ложе.15 Так убивай, любовь, куда ни шло,Но не тяни – уж это слишком зло!
III. Смерть жестока, но более жестокУдел того, кто жив без упованья.Как грустно брать воздержности урок20 Из милых уст, расцветших для лобзанья!За счастья миг я все бы отдал, боже,Чтоб жизнь опять на жизнь была похожа(Лишь сердце бы сомнение не жгло,Что пошутить ей в голову пришло).
25 IV. Меня в беду не Донны нрав вовлёк, —Сам виноват! Я сам храню молчанье,Как будто бы, дав гордости зарок,О днях былых прогнал воспоминанье.Меж тем любовь одна мне в сердце вхожа,30 В нем помыслы другие уничтожа.Безумен я – немею, как назло,Когда молчать до боли тяжело!
V. Она добра, и дух ее высок,Я не видал прекраснее созданья,35 И прочих донн блистательный кружокС ней выдержать не в силах состязанья.Она умна не меньше, чем пригожа,Но не поймет меня по вздохам все же, —Так что ж тогда узнать бы помогло,40 Как властно к ней мне душу повлекло?
VI. Но я судьбой еще наказан строже,С той разлучен, что мне всего дороже.Ах, и в тоске мне стало бы светло,Лишь бы взглянуть на светлое чело!
45 VII. И в Арагон шлю эту песню тоже.Король, вы мне опора и надежа,Да ваших дел столь выросло число,Что в песню бы вместиться не могло.
Зря – воевать против власти Любви![258]
I. Зря – воевать против власти Любви!Если в войне и победа видна,бее же сперва нас измучит война.Лучше на бой ты Любовь не зови.5 Войны несут – их жестоки повадки —Мало добра, а страданья – в достатке.Мучит тоскою Любви маета,Но и тоска так светла и чиста!
II. Счастлив, кто знал даже скорби Любви, —10 Скорби глубоки, но счастье без дна!Радость утех над тоской взнесена,Стоны глушит ликованье в крови.Что же скрывать? Не играю я в прятки:Мучит Любовь, но мученья нам сладки.15 Вот почему, хоть мечта и пуста,Нам дорога и такая мечта.
III. Не сосчитать всех даяний Любви!Речь дурака стала смысла полна,А в подлеце снова честь рождена,20 Злой подобрел – хоть святым объяви,Скаредный – щедр, и мерзавцы не гадки,Скромен гордец, робкий – смел без оглядки.Жизнь не собой лишь одной занята,С жизнью другой воедино слита.
вернуться
256
Поэт родился в Тулузе, в семье торговца сукнами. По утверждению «биографа», он влюбился в соседку, жену тулузского горожанина, «и эта любовь научила его поэзии, так что он написал много хороших кансон». Поссорившись с мужем возлюбленной, поэт нанес ему рану мечом и вынужден был уйти в изгнание. Пользовался покровительством Раймона V Тулузского, Гастона VI Беарнского, Педро II Арагонского, семейств д'Эсте и Маласпина в Италии. Плодовитый поэт, он оставил не менее 50 стихотворений, в основном кансон.
вернуться
257
Р. – С. 10, 20. Судя по торнаде кансоны, стихотворение создано в угоду патрону поэта королю Педро II Арагонскому.
вернуться
258
Р. – С. 10, 25. Кансона, сохранившаяся в большом числе списков и, следовательно, в свое время очень популярная, приписывалась также Рамбауту де Вакейрасу.