Этим и объясняется его безнадежный взгляд на развитие жизни: так должны смотреть и так смотрят все, кого обстоятельства жизни придавили и обессилили. С своей стороны Майнлендер своей формулой развития дал самую общую и полную формулировку этой точки зрения на жизнь, и вместе с тем ею же выяснил, какие обстоятельства неизбежно порождают ее.
Постановка пессимистического вопроса на эту почву в высокой степени замечательна; она представляет весьма значительный шаг к его разрешению, так как из области капризных частных соображений, шатко связанных между собой и поддерживаемых метафизическими основаниями, вопрос переносится на реальную и твердую почву жизненных процессов, освещенных одним неизменным руководящим принципом.
Но для того, чтобы признать за основным принципом учения Майнлендера это капитальное значение, необходимо доказать его право на это: необходимо для этого убедиться в том, что под него можно подвести, по крайней мере главнейшие положения других пессимистов.
Это мы и надеемся показать в следующей статье — в применении к наиболее замечательным пессимистическим учениям. Мы надеемся показать, что все самые веские их обвинительные пункты против жизни целиком опираются на положение, которое выставлено Майнлендером, с тою только разницей, что у них оно не высказано так прямо.
Прежде, однако, чем перейти к этому, мы должны сделать отступление. Мы именно хотели бы обратить внимание читателя на то, что понятие „цельности“, на которое опирается основное положение учения Майнлендера и к которому' мы считаем возможным свести все остальные пессимистические учения, что это понятие в настоящее время уже не представляет собой туманного, полу-аллегорического выражения, настолько растяжимого и неточного, что под него с удобством можно подвести что угодно. Напротив того, оно теперь становится достоянием науки, и притом самых точных отраслей ее, биологии и психо-физиологии.
IV.
Мы не беремся в настоящем месте, мимоходом, представить сколько-нибудь полную картину того, в каком состоянии находятся научные исследование об этом вопросе. Но для нашей цели совершенно достаточно взять какое-нибудь частное исследование этого рода. И мы для этого остановимся на последнем произведении французского ученого Рибо, посвященном болезням воли7.
Почти излишне говорить, что это не метафизический трактат, а исследование, строго придерживающееся фактов. В нем Рибо обращается к процессу, обратному процессу развития, а именно — к разложению (в противоположность „эволюции“, т.-е. развитию, он называет его диссолюцией). И в своей книге он изучает его на фактах болезненного извращения воли.
Имевшиеся в распоряжении Рибо данные располагаются им в две ясно отличимые группы.
К первой группе относятся те случаи, когда человек, не потерявши ни одной из своих умственных способностей и и вполне сохранивши физическую возможность действовать, тем не менее теряет способность действовать согласно своим побуждениям, т.-е. так, как он хочет.