Аминтор
Встань, Эвадна.
За твой благой порыв даруют боги
Тебе награду: я тебя простил.
Но будь ее достойна и запомни:
Нельзя играть с небесным милосердьем
И, коль твое раскаянье притворно,
Ты можешь понести такую кару,
Которая послужит всем векам
Примером воздаянья за кощунство.
Эвадна
Ты прав: я так порочна, что не стою
Доверья твоего. Все существа
С благою целью созданы богами —
Все, кроме женщин, этих крокодилов,
Жестоких, как чума, как язва, мерзких,
Всю жизнь свою тиранящих мужчин,
Которыми они боготворимы,
И разом забываемых по смерти,
Подобно сказке вздорной и пустой.
Но посвящу я весь недолгий срок,
Оставшийся до моего заката,
Пускай не добродетели, поскольку
Несвойственна мне, женщине, она,
Так хоть ее подобью — покаянью.
Я искуплю, хотя и слишком поздно,
Проступок свой иль изойду слезами,
Как Ниобея.[209]
Аминтор
Сердцем я оттаял!
Пусть все грехи, свершенные тобою,
Бессмертные тебе отпустят. Встань.
Эвадна встает.
Я умиротворен. Когда б такой же
Была ты до того, как дьявол царь
Воспользовался слабостью твоею,
Звездою добродетели ты стала б.
Дай руку мне. Теперь мы вновь знакомы,
И я, насколько позволяет честь,
Тебе согласен другом быть. Я буду
С тобой опять здороваться при встрече
И за тебя молитвы воссылать.
Тебе я место в сердце отведу,
Хотя вовек объятий не раскрою.
Убить я мог бы грешницу, но мстить
Ей, коль она раскаялась, не стану.
Поэтому целую я тебя...
(Целует ее.)
Но этот первый поцелуй — последний.
Пусть небеса, к которым наши руки,
Соединив их, жрец святой вознес,
Нам добродетель равную даруют,
Затем что плотью будем жить мы врозь.
Ступай и честь мою блюди отныне.
Эвадна
Будь счастлив на земле, блажен по смерти
За доброту свою! Прощай, супруг.
Ты не увидишь грешную Эвадну,
Пока с себя любым путем она
Не смоет непотребного пятна.
Расходятся в разные стороны.
СЦЕНА ВТОРАЯ
Зал во дворце.
Столы, накрытые для пиршества. За сценой звуки гобоев.
Входят царь и Калианакас.
Царь
Как верить мне таким наветам, слыша
Их от тебя, его врага?
Калианакс
Клянусь,
Он это говорил, и я мечом
При вас его покаяться заставлю.
Царь
Как мог он, недруг твой, тебе признаться,
Что хочет цитаделью завладеть,
Убить меня и скрыться?
Калианакс
Коль посмеет
Он отрицать, его я пристыжу.
Царь
Вздор!
Калианакс
Как и все, что с некоторых пор
Я ни скажу.
Царь
Неправда.
Калианакс
Что ж, извольте,
Я буду нем, и пусть вам в горло всадит
Свой меч злодей.
Царь
Его я испытаю
И уличу, коль правду молвил ты;
Но коль ты в ложь облек свою враждебность,
Тебе придется — жизнью в том клянусь —
Плести не при дворе, а дома басни.
Калианакс
Коль это ложь, мои вините уши:
Они слыхали то, в чем я поклялся.
Да, ни на что не годны старики.
Уж лучше вы меня казните сразу
За то, что слышал я, и наградите
Его за то, что замышляет он.
Вы верили мне встарь, но времена
Переменились, видно.
Царь
Что же делать,
Коль правосудье я блюсти обязан?
Нет у меня свидетелей.
Калианакс
А я?
Царь
А кто еще?
Калианакс
Ужель меня вам мало,
Чтоб тысячу мерзавцев вздернуть?
Царь
Этак
И тех, кто честен, вешать я начну.
Калианакс
Я вам найду свидетелей хоть сотню,
Которые под клятвой подтвердят
То, что я слышал.
Царь
Мне таких не надо.
Калианакс
А жаль! Вот я повесил бы злодея
Без лишних слов.
Царь
Довольно. — Эй, Стратон!
Входит Стратон.
Стратон
Я здесь.
Царь
Где ж остальные? Где мой брат?
Зови скорей Аминтора с Эвадной
Да пригласи Мелантия с Дифилом.
Пусть все идут сюда.
вернуться
209
Ниобея — в древнегреческой мифологии — царица Фив, оскорбившая Аполлона, за что бог убил ее детей. От горя Ниобея превратилась в скалу, источавшую слезы.