Первая поселянка
Да-да, Том Тайлер,[248] на вполне почетных,
И, коль я меньшим удовлетворюсь,
Пусть я умру и пусть мой труп прикроют
Не воздухом из ткани дорогой,
А этой шляпой честной поселянки,
И пусть со мною в гроб положат прялку —
Оружие моих былых побед,
И пусть у изголовья моего
Трубит в две четвертные разом Слава
И возвещает, что скончалась гордость
И цвет деревни нашей.
Первая горожанка
Продолжаю.
За эту даму верою и правдой
Стоять мы будем. Если же мы, струсив,
Дадим себя разбить или сдадимся,
Вы, по заслугам воздавая нам,
Лишите нас всех тех отличий тайных,
Которых мы интригами добились:
Чулки из шелка с наших ног стащите,
Сдерите с тела наши латы — юбку
И над трусливой нашей головою
Сломайте наши шпильки.
Первая поселянка
И пускай
На вящий нам позор торчат из наших
Изодранных доспехов, то есть платьев,
Застежки и тесемки, и в коровниц —
Наш прежний чин — разжалуют всех нас.
Петруччо
Мне нужен мир, воинственные дамы.
Условья ставьте — я на все согласен.
Мария
Где Ливия? Готов ли договор?
У окна появляется Ливия.
Морозо
Как! Ливия?
Мария
Как! Вы удивлены?
Вот вам условья — нате, почитайте.
(Бросает вниз бумагу.)
Петроний
Да, с ними и другая дочь моя.
Меж бунтовщиц ее лишь не хватало.
Что скажете, Морозо?
Морозо
Ничего.
Увиденным я сыт, и мне сдается,
Что скоро будет светопреставленье,
Раз в женщинах смиренья нет.
Петроний
(Ливии)
И ты
Здесь, милочка?
Ливия
Ах, батюшка, простите,
Я вас и не заметила. Прошу,
Меня благословите.
Петроний
Благословлю
Тебя я, как споткнувшуюся клячу!
А где твои условья?
Ливия
(бросает Морозо бумагу)
Вот они,
Я ж наизусть их помню.
Морозо
Как любезно
Вы обошлись со мной!
Ливия
С тобой нельзя
Иначе обходиться: ты достоин
Быть выставлен при шапке и в кафтане,
Как монстр, в окне аптекаря.
Петроний
Я слышу
Все, что ты, шлюха, мелешь.
Ливия
Шлюхой буду
Я, выйдя, за него: нужда заставит.
Первая горожанка
Избавь тебя от этого господь!
Ливия
С ним разорюсь я на углях: придется
Их покупать, чтоб страсть в нем подогреть.
Петроний
Помалкивай!
(К Петруччо.)
Ну что там, сын?
Петруччо
Все то,
Чего я ждал.
(Смотрит в бумагу.)
Свободы, тряпок, денег
Когда и как захочет. Разрешенья
Любых знакомых принимать и права
Распоряжаться в доме самовластно,
Не объясняя "что" да "почему".
Затем кареты, новые постройки,
Ковры, посуда, пони для охоты
И драгоценности — всего примерно
На десять тысяч фунтов. Музыканты,
Француженка-лектриса...
Петроний
Это бред!
Петруччо
И в заключенье оговорено,
Чтоб Ливию не принуждали к браку
Весь этот месяц.
Петроний
Слыхано ль такое?
Петруччо
Все ж, чтоб жену унять, я соглашусь.
Нетрудно мне прикинуться смиренным
И малость раскошелиться, коль это —
Цена ее любви.
Софокл
Как только с нею
Вы ляжете в постель, ее условья —
Клочок бумаги без печати вашей.
Мария
Подходят вам условья?
Петруччо
Да, вполне,
И верностью, которую блюсти
Тебе пред алтарем я обязался,
Их подписать клянусь я.
Первая поселянка
А залог?
Мария
Не нужен он — с меня довольно клятвы,
Лишь бы ее блюли.
Первая горожанка
"Ах, по-другому
Все было в дни, когда Андреа жил".[249]
Первая поселянка
(к Петруччо)
Решили мы, что, коль в условьях этих
Вы ложно истолкуете хоть слово,
Мы снова покараем вас.
Мария
Не бойтесь,
Он не обманет.
Петруччо
Честью вам ручаюсь...
вернуться
248
Том Тайлер — персонаж анонимного английского фарса XVI в. "Том Тайлер и его жена". Как и Петруччо у Флетчера Том Тайлер — укротитель-Неудачник. Он пытается обманом усмирить строптивую жену, но обман раскрывается и жена бранью и кулаками заставляет Тома вновь покориться ей.
вернуться
249
"Ах, по-другому все было в дни, когда Андреа жил" — отрывок из старинной английской баллады.