Перес
Сказала тоже — завтрак съесть! Нам легче,
Как диким людоедам, съесть друг друга,
Чем здесь найти еду. Иль ты съестным
Кусок стены промасленной считаешь?
Ступай, верни наш дом и проследи,
Все ль цело там...
Эстефания
Клянусь, все до булавки.
Перес
И выгони гостей.
Эстефания
Они уедут —
Любезности ведь тоже есть предел.
Кузина сообщила мне, что мужу
Открылась и теперь, уладив все,
Благодарит тебя перед отъездом.
Перес
На кладбище пока я погуляю:
Мне мертвецы милей соседей здешних.
Жду через час тебя.
Эстефания
Приду, приду.
Перес
Вели обед хороший приготовить,
Прибрать, как прежде, дом и для меня
Налить погорячее ванну, ибо
Я провонял, как куча рыбы тухлой
Или бурдюк с давно прогорклым маслом.
Эстефания
Все будет, все!
(В сторону.)
Вернее — ничего. —
Сейчас пришлю сюда за сундуками
И прочим.
Перес
Но людей найми надежных
И честных. Передай привет кузине.
Эстефания
Конечно, передам. А задержусь —
Ты приходи туда: пусть за любезность
Она сама воздаст тебе. Но только
Оденься поприличней.
Перес
Хорошо.
Уходят.
СЦЕНА ТРЕТЬЯ
Улица.
Входят Хуан де Кастро, Санчо и Какафого.
Санчо
Да ты храбрец!
Какафого
Чему тут удивляться?
Быть можно храбрецом, коль деньги есть.
Санчо
С деньгами, значит, можно все уладить?
Какафого
Да, все! Где деньги, там и склад и лад,
А кто без денег, тот осел.
Санчо
Спасибо.
Какафого
Вы вежливы. Всегда благодарите
Тех, у кого есть деньги.
Санчо
Дашь взаймы?
Какафого
Гроша не дам: ваш брат недолговечен.
Санчо
Все люди таковы. А под залог?
Какафого
Залог — подлог, а что мое — мое.
Деньгами не рискую я. Понятно?
Хуан
А что ты с ними делаешь?
Какафого
Я их
Употребляю на благие цели:
На девок, на вино и на картеж,
Который по миру пускает франтов,
Меня мечтавших по миру пустить.
Хуан
Ты на больницы жертвуешь?
Какафого
Сначала
Наделаю для них я пациенток,
Чтоб было за меня кому молиться,
А после строить их начну, тем боле,
Что государству можно их продать.
Хуан
Как в милосердье ты благоразумен!
А воевать пойдешь?
Какафого
Не так я беден,
Чтоб быть солдатом, и не так уж свят, —
Чтоб пуля иль ядро меня в траншее
Не отыскали.
Хуан
Сказано неглупо.
Какафого
Полковник, будь у вас не меньше денег,
Чем у меня, вы б так не рассуждали.
По мне, почетней дома расставлять
Сто тысяч золотых монет рядами,
Чем десять тысяч олухов учить
Науке ратной и сидеть без денег.
Где мудрый без опаски съест кусок,
Там дуралей ножом обрежет палец.
Санчо
Вот истый ростовщик! А почему
Ты не вступаешь в брак? Женясь, ты мог бы
Судьей почтенным сделаться.
Какафого
Умнее
Не делаться судьею, а вертеть им!
Что до жены, то я в ней не нуждаюсь:
Любой должник мой, обнищалый щеголь,
Жену мне ссудит, чтоб меня умаслить.
Хуан
Пойдешь обедать с нами?
Какафого
Да, пойду,
Взгляну на этот перл страны испанской.
Там примут с уважением меня:
Со мною деньги — пропуск всемогущий.
Я потолкую с нею и, пока
Вы, капитаны, будете смиренно,
В сторонке стоя, ковырять в носу,
Я кошелек ее любви очищу.
Хуан
Сегодня ею зван к обеду герцог
Медина.
Какафого
Да пускай хоть сам король.
Раз герцог должен мне, он вещь моя,
И с ним могу я тоже не стесняться.
Санчо
Ты много будешь есть?
Какафого
Как все испанцы.
Нажрусь я так, как если б очутился
Я в Англии, где ростбифы растут.[470]
Затем напьюсь и сальности начну
Похлеще отпускать, чем ваш Овидий,[471]
Чтоб ими слух сеньор пощекотать.
Меня им обучил писец влюбленный,
У моего родителя, служивший.
вернуться
470
...в Англии, где ростбифы растут. — Комическая нелепица, показывающая, как плохо чужеземцы знали английскую жизнь.
вернуться
471
Публий Овидий Назон (43 г. до н. э. — 17 г. н. э.) — римский поэт. Здесь о нем говорится как об авторе поэмы "Наука любви".