Джордж, позови сюда Ралфа; если ты меня любишь, позови Ралфа. Я знаю одну замечательную штуку, которую он должен сделать. Прошу тебя, позови его скорее!
Ралф, эй, Ралф!
Я здесь, сэр.
Иди сюда, Ралф! Подойди к своей хозяйке, мальчик!
Ралф, я хочу, чтобы ты собрал молодцов, выстроил их в боевом порядке с барабанами, ружьями и знаменами и важно промаршировал с ними в Майл-Энд; а там ты должен произнести речь и сказать им, чтобы они веселились, да разума не теряли и бород себе не подпалили.[141] А затем устройте сражение, и пусть развеваются флаги и все кричат: "Бей, бей, бей!" Муж одолжит тебе свою кожаную куртку, Ралф, и вот тебе шарф, ну а остальное пусть тебе выдаст театр — мы за все заплатим. Получше сыграй, Ралф; помни, перед кем ты представляешь и какую персону изображаешь.
Можете быть спокойны, хозяйка; если я этого не сделаю во славу города и своего хозяина, пусть век в подручных останусь.
Здорово сказано! Иди себе с богом, ты и в самом деле молодец.
Ралф, Ралф, смотри повеселее ряды вздваивай.
Можете быть спокойны, сэр.
Пусть как следует проведет учение, а не то я встану на его место. Я ведь сам когда-то, дорогая, в самые горячие денечки, был копейщиком. Перо на моей шляпе отстрелили начисто, бахрома на моем копье загорелась от пороха, башку мне проломили шомполом, а я все-таки, благодарение богу, сижу здесь.
Слышишь, Джордж, — барабаны!
Тра-та-та-та-та! Ох, дорогая, видела бы ты маленького Неда из Олдгейта,[142] барабанщика Неда! Он налегал на свой барабан как зверь, а когда проходил полк, выстукивал тихонечко, а потом снова гремел, и мы шли в атаку. "Бах, бах!" — гремят ружья. "Вперед, ребята!" — гремят командиры. "Святой Георгий!" — гремят копейщики и валятся тут и валятся там, — и все-таки, несмотря на все, я сижу здесь, дорогая.
Благодари бога за это, Джордж. Ведь это и в самом деле чудо.
СЦЕНА ВТОРАЯ
Шире шаг, ребята! Лейтенант, подтянуть отставших! Знаменосцы, распустите знамена, да поосторожней, не зацепитесь за крючья мясников в Уайтчепле,[143] из-за них погибло немало славных знамен. Рота, стой! Вправо и влево разомкнись! Поверка людей и осмотр амуниции! — Сержант, начинай перекличку.
Смирно! — Уильям Хаммертон, оловянных дел мастер!
Здесь.
Латы и испанское копье. Отлично! Умеешь грозно потрясать им?
Надо думать, умею, капитан.
А ну-ка, сразимся. (Нападает на Хаммертона.) Слабовато! Крепче держи копье. Ну, еще раз! — Продолжай, сержант.
Джордж Грингуз, торговец домашней птицей!
Здесь.
Покажи-ка мне свой мушкет, сосед Грингуз. Когда ты стрелял из него в последний раз?
С вашего позволения, капитан, только что выстрелил — отчасти для храбрости, отчасти чтобы ствол прочистить.
Так и есть, он еще горячий. А вот затравка у тебя не в порядке — заряд высыпается и воняет. Да нет, мягко сказано — воняет! Десять таких затравок целую армию отравить могут. Ну ничего. Раздобудь себе ершик, маслица да протирку, и твой мушкет еще послужит тебе. А где у тебя порох?
Вот он.
Что? Завернут в бумагу? Как солдат и джентльмен заявляю: не миновать тебе военного суда! Казнить тебя следует за такое! А рог ты куда дел?[144] Отвечай!
С вашего позволения, сэр, забыл дома.
Нет моего позволения на это! Стыд и позор вам! Человек вы достойный и уважаемый и вдруг забываете свой рог! Боюсь, как бы это не послужило дурным примером для остальных. Но довольно! Смотрите, чтоб я вам о таких вещах больше не напоминал. Стоять смирно, пока я всех не осмотрю! — А что случилось с носиком твоей пороховницы?
141
...бород себе не подпалили. — Так как мушкеты (старинного типа ружья) заряжались с дула и стреляли из них с помощью огнива и трута, иногда бывали вспышки, опалявшие самих стрелков.
144
А рог ты куда дел? — Солдаты носили с собой порох в приспособленном для этого закрытом роге.