Лавуит
Сэр,
Почем я знаю, ваши ли они?
Пусть это подтвердит закон. Представьте
Мне документ, что обобрали вас,
А вы на удочку попались, — или
Формальное решение суда,
Что вас надули с вашего согласья,
И я вам все отдам.
Маммон
Да нет уж, лучше
Пусть пропадают.
Лавуит
Ну зачем же? Верьте,
Я все верну вам на таких условьях.
А вы, похоже, превратить хотели
Металл ваш в золото?
Маммон
Нет... Я не знаю...
Они хотели будто... Ну и что же?
Лавуит
Какой удар ужасный вас постиг!
Маммон
Не я один — все общество страдает.
Фейс
Еще бы! Он ведь мыслил новый город
Построить здесь; рвом обнести его
С серебряными берегами, где
Рекой текли бы хогсденские сливки.
А в Мурфилде он по воскресным дням
Кормил бы даром швеек и юнцов.
Маммон
Куда теперь податься? Я готов
Взобраться на тележку овощную
И громко возвещать оттуда всем,
Что наступил день светопреставленья.
Входит Серли.
Что, Серли? Замечтались?
Серли
Как попался
Я из-за глупой честности своей!
Пойдемте! Может, мы найдем прохвостов!
Ну, если уж на Фейса я наткнусь,
Я так его разделаю...
Фейс
Как только
О нем известно станет мне, я тотчас
К вам прибегу и сообщу об этом,
Признаться, я ведь их совсем не знал,
И в честность их, как в собственную, верил.
Маммон и Серли уходят.
Возвращаются Анания и Трибюлейшен.
Трибюлейшен
Спасибо, что еще не все пропало.
Ступайте. Надо нам нанять телегу.
Лавуит
Зачем, мои ретивые друзья?
Анания
Забрать свое законное добро
Из логова воров.
Лавуит
Добро? Какое?
Анания
Сиротское. В уплату за него
Мы отдали серебреники братства.
Лавуит
То, что в подвале? Эти вещи хочет
Забрать сэр Маммон.
Анания
Я и вся община
Гнушаемся Маммоною проклятым!
Как совести хватает у тебя,
О нечестивец, нас, ревнивцев веры,
Равнять с каким-то идолом поганым?
Мы разве шиллингов не отсчитали,
И фунты не составились из них?
Не выложили разве этих фунтов
На стол наличными святые братья
В количестве шестьсот и десяти?
Шел день второй, четвертая неделя
Восьмого месяца — в последний год
Долготерпения святого братства!
Лавуит
Мой ревностный портняжка и диакон,
Не втянешь в диспут ты меня, но если
Не уберешься вон сию минуту,
То вытяну тебя я палкой.
Анания
Сэр!
Трибюлейшен
Терпи, Анания.
Анания
Я крепок духом,
И встану препоясавшись мечом
На супостата, что пугать дерзает
Святых изгнанников.
Лавуит
Тебе пора
В подвал твой амстердамский.
Анания
Буду там
Громить твой дом с амвона. Пусть собаки
На стены гадят! Пусть жуки и осы
Плодятся под твоею кровлей, этим
Вертепом лжи и логовом греха!
Анания и Трибюлейшен уходят.
Входит Дреггер.
Лавуит
Еще один?
Дреггер
Нет, я не из святых.
Лавуит
(бьет его)
Прочь, Гарри Никлас, иль еще получишь![150]
Дреггер уходит.
Фейс
Нет, это Авель Дреггер.
(Священнику.)
Добрый сэр.
Ступайте же за ним, утешьте парня,
Скажите, что свершен обряд венчанья,
Что он уж слишком долго мыл лицо.
О докторе пускай наводит справки
В Уэстчестере; а что до капитана —
Он в Армуте или в каком-нибудь
Другом порту попутного ждет ветра.
Священник уходит.
Теперь бы нам разделаться еще
С тем крикуном.
Входит Кастрил, таща за собой сестру.
Кастрил
Иди, иди, овечка!
Завидного ж супруга ты нашла!
Иль я тебе сто раз не говорил,
Что спать ты будешь лишь с повесой знатным,
Кто сделает тебя заправской леди?
А ты, пустая кукла... О проклятье!
Убью! За сифилитика пошла!
Лавуит
Врешь, малый. Я здоров, как ты! И это
Сейчас же докажу. Ну, защищайся.
Кастрил
Вот так сюрприз!
вернуться
150
Ваал — один из древневосточных богов, культ которого был распространен в Финикии, Сирии и Палестине во II-I тысячелетиях до н. э.