БИДДИ. Жаль, ты не оставила его там, где он лежал, и ничего не сказала Подину или своему сыну, так что нам пришлось одним тащить его сюда на носилках из палок и мешков.
НЭННИ. Как же мне было кричать, если он успокоился в темноте и ни одной живой христианской души не было рядом с ним, разве лишь я да Господь Бог?
БИДДИ. На нас падет месть красных солдат, когда они отыщут нас тут, словно пугливых зайцев. Лучше бы нам не отрываться от крестьянских парней.
НЭННИ. Тихо ты! Все с ума посходили из-за него. Если кто услышит, что мы бросили его, не сносить нам головы. Ш-ш-ш!
Входит Джонни Бокач со свечами.
ДЖОННИ (встает рядом с Мартином). Что за зло или зараза такая у нас в воздухе, что погибают один за другим все ирландские герои?
ПОДИН. Хочешь не хочешь, задумаешься о четырех вещах, что нас ждут напоследок, о смерти и Судном дне, о Рае и Аде. Клянусь, сердцем я с ним. Это хорошо, что мне пришлось узнать, какой человек скрывается под его именем и обличьем. (Поет.)
ДЖОННИ. Теперь мы сироты до конца наших дней. Отныне нам не будет покоя, если мы не станем убивать англичан, но где нам взять похожего на него вождя? Давайте положим его, как полагается, на камень, и я оплачу его! (Ставит свечи, подпирая их камнями.)
НЭННИ. Джонни Бокач, ты принес дорогие свечи, чтобы поставить тут? Видно, у тебя густо в карманах, если ты позволяешь себе такую роскошь и не довольствуешься макаными свечами?
ДЖОННИ. Вряд ли я сделаю такое, когда жизнь покинет твое тело. Тебя мне ни к чему провожать с таким почетом, как его.
НЭННИ. Что ж, в доме всегда тихо и грустно, когда умирает кто-то молодой, но много насмешек, и розыгрышей, и беготни, когда умирают старик или СТАРУХА. Стариков никто не жалеет.
ПОДИН. Он должен был сделать ирландцев достойными их предков. Верьте мне, это о нем говорилось во всех пророчествах. Так что не сравнивайте себя с ним.
НЭННИ. Почему это не сравнивать? Ты только подумай, сколько всего мне пришлось преодолеть в этом мире. Какое уж тут сравнение с ним, ведь его сразу вознесли до небес, а он только и сделал, что умер и отправился в рай.
ДЖОННИ. Если ты и отправишься на небеса, то не вернуться тебе оттуда живой! Да нет, ни за что не услыхать тебе, как поют ангелы! Будешь тысячу лет тащить на себе цепи в обличье пса или чудовища. Говорю тебе: он одолеет чистилище быстрее, чем молния – терновый куст.
НЭННИ. Ага, ага. (Вполголоса напевает.)
ДЖОННИ. Пять белых свечей. Мне не жалко их для него. Если бы он очнулся и встал живой, то обязательно освободил бы Ирландию!
ПОДИН. Подожди, вот наступит день, и ты посмотришь, как его похоронят. Мы не оставим его здесь. Я кликну двести парней из Ленточников[6], которых он должен был повести на бараки в Оганише. Они отнесут его тело на гору, где будет его могила. Он владел нездешним даром, не знаю уж как, но ему была дана сила, неведомая смертным.
ЭНДРЮ (входит, дрожа). Он подарил нашему селению великую ночь, и ее нескоро тут забудут. Все ополчились против него, это я вам говорю. Сегодня утром никто не запустил мельничный жернов. Ночью никто не пек хлеб. Лошади не кормлены в стойлах, коровы не доены в коровниках. Я не встретил ни одного человека, который имел бы смелость проклясть сегодняшнюю ночь и не проклял бы меня и мальчика, лежащего тут… Есть ли в нем хоть какие-нибудь признаки жизни?
ДЖОННИ. Какие признаки жизни, если жизнь ушла из него уже три часа назад, а то и поболе?
ЭНДРЮ. Вчера он тоже так лежал, а потом взял и проснулся.
НЭННИ. Теперь он не проснется, я-то знаю. Я держала его руку в своей, и его рука холодела, как будто на нее лили холодную воду, и кровь не бежит у него по жилам. Он ушел, это точно, жизнь покинула его.
ЭНДРЮ. Может быть, может быть. Вчера у него щеки были как будто розовые, а сегодня серые, как пепел. Что ж, рано или поздно мы все уйдем. Я любил тебя, белоголовый мальчик, ты возвышался над всеми нами, и вот погублен в самом расцвете. Ты был нежным и искренним, и все любили тебя. У тебя было такое сердце, что ты все отдавал людям и ничего не требовал взамен. Ты сам устроил себе отличные поминки, в одну ночь растратив все, что имел, на пиво и вино для всей округи. Наверное, ты будешь сидеть посреди Рая между Блаженными!
ДЖОННИ. Аминь. Жаль, я не подумал, когда послал за тобой мальчишку, чтобы он позвал священника. В конце нас всегда ждет Всемогущий.
ЭНДРЮ. Я послал его. Живой он или мертвый, я хочу сделать все возможное для лучшего из моего народа и моего поколения.