— Клеопатра, познакомься!
— Мррр?
— Это наши новые соседки!
— Мяу! — Людвиг с высоты моих объятий уставился на кошку и явно что-то скомандовал.
— Мрр, — Клепа нехотя поднялась, грациозно потянулась и спрыгнула на пол. Обнюхала бабушку, обозначила обтирание вокруг ее ног, подошла ко мне. Шикнула на таксу, сунувшуюся было понюхать, потом обтерла мои джинсы и требовательно постучала по ноге лапкой.
Я опустилась на корточки и аккуратно поставила Людо на пол. Кошки коротко обнюхались, а потом сиамка нагло заняла «насиженное» другом место. Взрослые снова засмеялись. Я погладила плюшевую шерстку и коричневые ушки, кошечка разомлела и заурчала.
— Нет, ну а что? — прокомментировала это хозяйка, — Людвигу можно, а Клепе нельзя?! Кристиночка, вот, садись на диван, там тебе будет удобно!
Она спешно сгребла всю макулатуру и неровной стопкой водрузила на инструмент, рядом с бюстом. Я уселась. Мне тут же на колени запрыгнул мейн-кун, а такса мгновенно заняла место под боком, подсунула любопытный нос мне под локоть и сделала вид, что она здесь всегда лежала. Пока я наслаждалась общением с хвостатыми-лохматыми, хозяйка выключила газ под кипевшим чайником и накрыла на стол.
В гостях мы задержались на добрых три часа: попили чаю, обсудили последние новости, послушали музыку в исполнении хозяйки (я в этом не разбираюсь, но мне понравилось). И пирог с вареньем был вкусным, а чай — ароматным. Оказывается, хозяйка добавила в него сушеные листики мяты и смородины. Очень вкусно! Кстати, бабушка сумела повернуть разговор так, что хозяйка по собственной инициативе пообещала весной откопать для нас мяты. Классно, мне до таких высот еще ползти и ползти.
21. Ритуалистика как она есть
Вечер подкрался незаметно. Распрощавшись с соседями и вернувшись домой, мы на этот раз тщательно заперли ворота и начали готовиться к ритуалу.
Бабушка собрала на поднос травы, добавила несколько зубчиков чеснока и острый красный перец. Я снова расчистила во дворе уже пользованный пятачок и по старым следам заново прочертила пентаграмму. В углах разместила бронзовые чаши для сжигания, расставила толстые черные «защитные» свечи. Пчелиный воск в них смешивается с истолченной золой от полыни и чертополоха, а потом особым образом заговаривается во время застывания. Работа муторная, но зато свечей можно наделать впрок и потом потихоньку использовать. Кстати, теперь такие заготовки можно будет спокойно мастерить и здесь, на даче: ни у кого не вызовет подозрение сжигание всякого растительного «хлама».
— Скоро тут станет заметно, что мы проводим ритуалы, — бабушка поставила поднос на столик возле мангала, — надо будет накидывать морок от посетителей.
— Хорошо, накинем, — я критически осмотрела пентаграмму и чуток поправила одну из чаш.
— Ну что, готово?
— Пожалуй, да.
Бабушка тоже посмотрела, проверила и кивнула:
— Тогда начали!
На этот раз в конце ритуала от центра пентаграммы разошлась волна сияния и впиталась в забор на границе участка. Не знаю, это магия вышла на видимый диапазон, или моя чувствительность настолько увеличилась, но волна бледно-голубого света с золотистыми искорками была видна отчетливо.
— х fatta![67]
Слаженный возглас завершил ритуал. Я выдохнула и расслабилась. Осмотрела двор, взглянула на темнеющее небо.
— Найс?..
Дворовой тут же материализовался рядом и вопросительно вытаращился.
— Мангал стоит убрать в сарай.
— Как прикажете. Золу на грядки?
— Да, разумеется.
Он кликнул Семена, и они вдвоем потащили здоровенную железяку по тропке. Я посмотрела на это и принялась за уборку: собрала чаши и огарки, вытряхнула все у заднего забора, поближе к калитке: огарки хоть и крошечные, но силу имеют, помогут защитить вход на участок. Там, конечно, ручей с дружественной (условно) нечистью, но мало ли? Береженого Флора бережет.
Затерла пентаграмму, выпрямила траву, унесла вещи в дом. Столик возле крыльца Пуша подхватил и самостоятельно поставил на веранду, следом затянул скамейку.