Охватить взглядом панораму многочисленных хребтов и высокогорных долин Памира можно, только находясь высоко над ними. Если подняться, например, на гребень Заалайского хребта вблизи пика Ленина, то с шестикилометровой высоты откроется вид на сложное сплетение горных цепей, протянувшихся на сотни километров до самого горизонта. Далеко за пределами видимости наблюдателя Памир примыкает своими восточными окраинами к пустыням Северо-западного Китая, на юг от него поднимаются снежные гиганты хребта Гиндукуш, а на западе отроги памирской горной системы граничат с плодородными равнинами. На большом расстоянии нельзя рассмотреть подробности рельефа и строения сложной системы горных цепей, однако внимательный наблюдатель даже с высоты Заалайского хребта может заметить существенное различие между ландшафтами западной и восточной части Памира.
К юго-западу от района пика Ленина до самого горизонта тянутся величественные, сильно заснеженные хребты, вытянувшиеся в общем направлении с ВСВ на ЗЮЗ и разделенные между собою глубокими долинами. Над мощными разветвленными ледниками, сползающими огромными массами зеленоватого льда в узкие долины, возвышаются остроконечные пики, достигающие высоты 7000–7500 м над уровнем моря; в тех местах, где широтные хребты Западного Памира пересекаются с меридиональным хребтом Академии наук, образовались сложные горные узлы. Западные ветры приносят издалека к этим хребтам большое количество влаги. Она задерживается, главным образом, высоким хребтом Академии наук и осаждается в высокогорной зоне зимой и летом, в виде снега. Эти снега являются основой возникновения и питания центров наиболее мощных скоплений фирна и льда Западного Памира. Мощные оледенения дают начало многочисленным притокам главных рек горного Таджикистана — Пянджа и Вахша, которые образуют Амударью, орошающую огромные площади плодородных полей Таджикской, Узбекской и Туркменской ССР.
Западный Памир, издревле называемый Бадахшаном[3], — это страна высочайших хребтов, глубоких ущелий и бурных многоводных рек. В течение многих тысячелетий воды горных потоков Бадахшана пробивали себе путь к зеленым равнинам. Они прорезали в коренных, первозданных горных породах ущелья, доходящие до 1500–2000 м глубины и создали незабываемый пейзаж. Высокие и крутые склоны хребтов резко вздымаются над речными долинами, где находятся немногочисленные селения — кишлаки самых отдаленных горных районов Таджикистана. Сурова природа Бадахшана. Большие высоты и холодное дыхание гигантских ледников надолго задерживают наступление весны. Только в конце июня стаивают снега в верховьях горных долин, начинают зеленеть и цвести высокогорные луга, на которых летом можно видеть многочисленные стада диких горных козлов-кийков. Несмотря на суровые природные условия, с незапамятных времен в долинах Бадахшана селились люди. Обилие воды влекло сюда земледельцев из равнин Средней Азии, где каждый участок орошаемой земли был захвачен феодалами; горы укрывали коренных жителей страны от завоевателей. В средней части широтных долин Западного Памира уже становится возможным земледелие[4], а в нижней вызревают фрукты: яблоки и абрикосы, большие урожаи сладких ягод дает тутовое дерево. Кишлаки расположены здесь обычно на конусах выноса боковых притоков и в широкой части поймы реки. На небольших поливных полях трудолюбивые таджики возделывают ячмень, пшеницу, рожь, бобовые и другие культуры. В нижнем течении рек местами зеленеют тугаи — густые заросли деревьев и кустарников ивы, облепихи и шиповника. Горные ущелья и хребты Западного Памира с давних пор были известны своей непроходимостью. Немногочисленные тропы на большем своем протяжении были почти недоступны для вьючных животных. Только опытный и смелый путешественник мог отважиться на путь в глубь ущелий Западного Памира[5]. Едва заметные тропинки прокладывали жители Бадахшана по незначительным выступам и карнизам горных склонов, нередко высоко над водами бурных рек. На особенно крутых скалистых склонах ущелий, не имеющих естественных выступов и углублений, в трещины скал забивались колья. На них накладывались жерди или каменные плиты и путешественник продвигался высоко над обрывом, доверяясь ненадежной опоре искусственных карнизов, называемых оврингами. Редко встречались путнику мосты через реки, а в тех местах, где они попадались (это были сооружения из пары тополевых бревен, закрепленные на шатких устоях и не огражденные по краям даже подобием перил), мосты не могли вызвать у непривычного человека желания довериться им. Но если в древнем Бадахшане было мало мостов, то бадахшанцы славились в Таджикистане как непревзойденные мастера переправ вброд. Там, где менее опытный человек, переправляясь через бурные горные реки, был бы неизбежно снесен потоком воды и погиб, местные жители, вооруженные длинным шестом, переправлялись благополучно.
3
Древнее название «Бадахшан» относится к более обширной территории, издавна населенной преимущественно таджиками. Большая часть Бадахшана ныне входит в состав современного Афганистана. Можно было бы назвать Западный Памир — собственно Горным Бадахшаном, а Восточный Памир — собственно Памиром. Весь Памир в наше время входит в Горно-Бадахшанскую Автономную область Таджикской ССР. —
4
Физиологическим пределом для культурных растений является здесь высота примерно в 4000 метров. Подбор культур и соответствующие агротехнические мероприятия для земледелия на таких высотах выработаны уже советскими учеными. Ранее горные таджики располагали свои поля до высоты около 3000 метров. Возможность земледелия в верхней части долин особенно важна для Юго-западного Памира, где именно в этой своей части долины расширяются и представляют довольно большие возможное и значения посевных площадей. —
5
С севера к ущельям Западного Памира можно было проникнуть, двигаясь вверх по реке Хингоу — притоку Вахша (на многих картах и в литературе можно встретить и такие написания слова «Хингоу»: «Оби-хингоу», «Оби-хингоу». Во всех случаях слово «об» значит
Уже в годы Великой Отечественной войны через Западный Памир была проложена дорога им. И. В. Сталина. Эта дорога объединила сообщение между Сталинабадом и Хорогом. —