— Ну что, други, наши предположения оправдались. Шарукан решил отрезать нас от Пограничного, а как следствие и от земель Кучуккана, — когда полковник и хан явились по вызову, проинформировал Михаил.
— Наши дома остались без защиты, — тут же возбудился возбудился печенег.
— Спокойно, Кучуккан. Спокойно, — урезонил его Михаил. — Разве я показал тебе, что застать меня врасплох очень трудно. Я ожидал чего-то подобного. Поэтому за степью наблюдают три десятка воинов из особой сотни. И при каждом из них есть воздушный змей с наблюдателем. Так что, подобраться к твоим куреням у половцев не получится. А вот вам перехватить их, очень даже.
— У Шарукана слишком много воинов, — с явным сомнением, возразил хан.
— Он не сможет увести туда всю армию. Потому что тогда у него за спиной останусь я. И мне опасаться за свои города особо не приходится. Они продержатся достаточно долго. А вот его стойбища укреплений не имеют. И он знает, что мне известно их местоположение. Так что, он разделится. Причем большая часть его воинов будет против меня.
— Мы с Гаврилой нагоним тех, кого он отправит против моего народа, и перебьем.
— Все верно. Надеюсь в том, что вам это будет по силам, ты не сомневаешься?
— Нет.
— Вот и ладно. Гаврила, не забудь прихватить с собой дополнительные зажигательные стрелы. Вручи по одной нашим союзникам. Тогда первый залп у вас окажется поистине страшным.
— К чему? Нас получится если не больше, то вровень против отправленных на орду Кучуккана. И так побьем. Не сомневайся, — уверено заявил Ратников.
— А я и не сомневаюсь. Только люди для меня дороже нефти.
— Угу. Только на круг ее выйдет целая бочка[5].
— Ничего. Не обеднеем.
— Я все понял. Сделаю, — заверил полковник.
— Здравствуй сестренка. Наконец-то ты решила меня навестить.
Алексей с видимым облегчением отложил от себя документы с которыми работал, поднялся из-за рабочего стола и обнял Ирину. Мешки под глазами. Выглядит утомленным. Комнин частенько повторяет, что отдохнуть у него получается только в походах, потому что во дворце его попросту угнетает канцелярская работа.
— Здравствуй братец. Прости, но ты ведь знаешь каким беспокойным оказался твой второй племянник.
— Да. Татикий уже приходил ко мне с просьбой отправить его куда-нибудь повоевать, лишь бы не подвергаться каждый день испытанию своим сыном.
— Ах так! Ну я ему покажу! — игриво вскинулась Ирина.
— Не надо, что ты, — замахал на нее руками император. — Еще обидится если он узнает, что я его выдал.
— Ладно. Я найду способ припомнить ему это, и не подвести тебя.
— Можно полюбопытствовать, что придумала моя сестренка?
— Я рожу ему дочь.
— Не думаю, что его это сильно расстроит. Тем более, что согласно поверьям, за беспокойным ребенком непременно следует спокойный, — фыркнул Алексей.
— Это от того, что ты думаешь тактически. Я же мыслю стратегически. Когда она вырастет, то в должной мере отыграется за меня, добавит ему седины. Ведь всем известно, что отцы куда больше переживают за дочерей, чем за сыновей.
— О-о-о, Ирина, я недооценил вое коварство. Бедный Татикий. И угораздило же его жениться на тебе.
— Я могу не только быть коварной, но и верной, доброй, любящей. Все зависит от того, как относятся ко мне.
— Уж мне ли этого не знать.
— Выпьешь вина, — отходя к сервированному столику, предложил он.
— Если только столового, — с легким кивком согласилась она.
— Так с чем ты пожаловала ко мне?
— Твой любимчик, Михаил.
— И что он натворил на этот раз?
— Пока ничего. Носится по бескрайним степям и учит уму разуму неразумных половцев.
— И не безрезультатно. Насколько мне известно, все больше купцов предпочитают вести свои караваны с севера по Славутичу. И это за столь короткий срок. На фоне того, что на Дону ситуация продолжает ухудшаться, я уже давно простил ему его своеволие.
— Или только сделал вид, что простил.
— Разве это имеет значение, — пожав плечами, как ни в чем не бывало, ответил он. — Так что там Михаил?
— Если я не ошибаюсь…
— А ошибаешься ты редко, — ткнув в нее пальцем, подбодрил ее император.
— Благодарю брат, — с улыбкой, обозначила она поклон. — Так вот, из переписки с ним я пришла к выводу, что князю Олегу жить осталось недолго. И в то же время, он не желает, чтобы империя понесла какие-либо издержки. Что в Таматархе есть те, кто может подхватить дело князя и исполнять его с куда большим рвением. Есть намеки насчет регентства при малолетнем Игоре.