– Да что вы говорите, мичман! Моя неосведомленность? И в чем же она, по-вашему, проявляется?
– Не перебивайте меня, пожалуйста, – попросил Эрик. – Мы быстро решим все вопросы, и я пойду переодеваться. Вы в форме, а я нет. А мне, между прочим, через полчаса представляться командованию.
– О чем вы? – Кажется, ему удалось озадачить Ги, а судя по выражению лиц Анны и Роберта, и их тоже.
– В сражении при Фронтире я уничтожил вражеский крейсер и корабль-матку «Хадж», – Эрик говорил ровным голосом, соблюдая полное спокойствие, которое с каждой секундой давалось ему все проще. – За это я был произведен в младшие лейтенанты и награжден Военным орденом второй степени.
– Вы?.. – начал было Роберт.
– Минуту! – остановил его Эрик. – На мой взгляд, это более чем достойные награды. Но государь-император решил иначе. Согласно его именному указу, звание и орден были увязаны с уничтожением тяжелого крейсера «Азан»[42]. За корабль-матку его императорское величество наградил меня «Звездой и Мечом». В связи с чем я получил внеочередное звание – лейтенант, и право именоваться «кавалер Минц». Сюда я прибыл после окончания курсов переподготовки командиров кораблей 3-го ранга и зачислен в училище по направлению Кадрового отдела ВКС. Это все, господа. Засим прошу меня извинить, я действительно должен переодеться. Честь имею!
Эрик не стал задерживаться в кантине ни одной лишней секунды. Встал, поклонился и вышел, оставив всю компанию размышлять над его словами.
В парадном зале училища было многолюдно и шумно. Традиция торжественного представления новых слушателей предполагала присутствие по возможности всех старшекурсников и преподавателей училища, многочисленных гостей из соседней Академии Генерального Штаба и родственников поступивших. Соответственно, военных и главным образом служащих ВКС собралось здесь этим утром столько, что, наверное, можно было укомплектовать офицерским составом целую эскадру. Однако Эрик никого в этом зале не знал, если не считать, конечно, Анну, Ги и Роберта. У него не было родичей среди этих людей, он не учился с ними в учебных заведениях разного уровня, да и послужить на строевой должности успел не так чтобы долго. Тем большим удивлением стало для него, что радостный крик «Эрик!», похоже, относился именно к нему, потому что в его направлении несся сейчас «яростный снаряд» в неувядаемых цветах императорского флота.
Скорость реакции у Эрика была, наверное, одной из самых высоких в ВКС, а время принятия решения – одним из самых коротких. Поэтому он не только успел узнать Веру Мельник, но и принял правильное решение. Он подхватил ее на руки и, приподняв, аккуратно поцеловал в щеку. А вот Вера ограничивать себя дружеским поцелуем не стала. Взглянула Эрику прямо в глаза, выдохнула: «Не опускай!», и, быстро перецеловав его в обе щеки и в нос, буквально впилась в его губы. И этот поцелуй уж точно не был ни дружеским, ни братским.
– Не помни Эрику мундир! – сказал кто-то рядом, и Эрик узнал насмешливый голос Андрея.
«Вот это поворот!» – успел изумиться Эрик, а Вера уже оторвалась от его губ и затараторила в совершенно несвойственной ей торопливо-сбивчивой манере:
– Прости! Прости! Прости! Я такая дура! А он мерзавец! Вот же пакость! Мы пока разобрались, тебя уже куда-то услали. И обратиться было не к кому. Не к этим же сукам идти. А потом, потом… Ох, Эрик!
– Я думаю, ты можешь ее опустить, – ухмыльнулся стоящий рядом с ними Андрей.
– Опустить?
– Я бы еще, конечно, повисела, – улыбнулась ему Вера, – но тебе через пять минут в строй!
– Да, мне вот тоже отпускать тебя не хочется, – неожиданно для себя хохотнул Эрик. – Не каждый день на меня такие девушки бросаются!
– А какие бросаются и когда?
– Давай мы обсудим это позже, – предложил Андрей.
– Да, – согласилась Вера, – так, наверное, будет лучше. У тебя есть планы на после бала?
– Да нет, – пожал плечами Эрик. – А вы, кстати, к кому пришли?
– Как к кому?! – тут же подтянулись оба гардемарина.
– Мы к тебе, Эрик, пришли, – внес ясность Андрей. – И раз других планов у тебя нет, поступаешь в наше с Верой полное распоряжение.
– Вы забываетесь, гардемарин! – сделал ужасное лицо Эрик.
– Простите, господин лейтенант! – еще больше подтянулся Андрей.
– Прикажете отдать честь? – поедая командира преданным взглядом, спросила Вера.
– Боюсь, вас могут не понять! – вмешался в разговор незнакомый кавторанг. – Поторопитесь, лейтенант, сейчас будут выкликать имена!
– Всё, ребята! – заторопился Эрик. – Увидимся.