– Я рад! – улыбнулся Эрик. – Не хотелось бы, знаете ли, вдруг оказаться каким-нибудь инопланетным монстром.
– Точно! – улыбнулся в ответ контрразведчик. – И вот еще что, Рик. Я знаю, что вы пилот, но может сложиться такая ситуация, что мы вас попросим поработать немного в составе нашей дипмиссии на Фронтире. Вы там герой. К тому же образованный офицер в подходящем звании. Могли бы появиться в аппарате военного атташе…
– На живца собираетесь ловить? – хмыкнул Эрик, вполне осознав, о чем идет речь.
– Ну, – пожал плечами капитан-лейтенант, – не то чтобы на живца, но…
Размышляя над только что состоявшимся разговором, Эрик вернулся в общежитие, забрал заранее сложенную сумку и пошел на площадку, с которой летали в город шаттлы и куда можно было вызвать такси, но не дошел. Ожил коммуникатор, опознав по сигнатуре источника, что с Эриком хочет говорить сам великий и ужасный адмирал Мельник – член узкого состава адмиралтейского совета и по совместительству командующий флотом метрополии. Разумеется, Борис Алексеевич знал, что Эрик встречается с его дочерью, но за прошедший год не обмолвился с ним и словом. Тем более странным показался Эрику этот неожиданный вызов сразу после столь странного разговора с офицером контрразведки.
– Ты там один, лейтенант? – без предисловий, с места в карьер начал адмирал, но вот что странно, он впервые заговорил с Эриком на рузе.
– Так точно, господин…
– Не ори! – осадил его старший Мельник. – Слушай меня внимательно и ничего за мной не повторяй. Минут через сорок, край – через час Адмиралтейство даст отмашку. Большая тревога. Полагаю, знаешь, о чем речь. Тебя тоже выдернут. Ты приписан к 93-й тяжелой бригаде оперативного резерва. Все это строго между нами. Понял?
– Да.
– Молодец. Моих тоже подметут. В любом случае сюда они добраться не успеют. Все гражданские линии уже перекрыты.
– Вы знаете? – Если Мельник знал, куда приписан Эрик, то уж про своих-то детей наверняка справки навел.
– Знаю, – не стал отпираться адмирал. – Они остаются по месту прохождения практики. Вера идет младшим офицером на линейный крейсер «Аскалон»[46], Андрей – в разведуправление Пятого флота. На «Аскалоне» сейчас держит свой вымпел адмирал Моргенштерн. В общем, я бы не стал тебе звонить, но потом может не оказаться ни времени, ни возможности. Вера сейчас все еще на крейсере. Я дам тебе связь, но всего на пять минут. Удачи тебе, лейтенант Минц!
Потом пошли трели переключений, и еще через несколько секунд Эрик услышал голос Веры.
– Папа?
– Нет, Ве! Это Эрик.
– А у меня…
– Твой отец бросил мне свой канал связи. У нас пять минут. И не говори лишнего вслух.
– Что случилось? – Эрик по интонациям понял, что Вера уже догадалась, но боится признаться в этом даже самой себе.
– Большая тревога.
– Ты?..
– Как и ты.
– Ты же понимаешь, что это не одно и то же. Я у Мор…
– Без имен, – остановил ее Эрик. – Я знаю, куда тебя приписали, и очень надеюсь, что у старика хватит здравого смысла не подставляться. В любом случае… Черт! Время уходит. Хочу сказать, Ве, что я тебя люблю. И что ты – самое лучшее, что было у меня в жизни. Самое лучшее и самое дорогое. Ты это помни!
– Ты что, прощаешься?! – прервала его Вера. В ее голосе зазвучала откровенная паника.
– Всякое может случиться. – Возможно, ему не следовало этого говорить, но и обманывать не хотелось. Он уже был в бою и знал, что это такое, особенно когда речь идет об атакующих ракетоносцах.
– Я… – растерялась Вера.
– Ты офицер, – напомнил ей Эрик. – Возьми себя в руки. Тебе, между прочим, тоже воевать, и я за тебя волнуюсь точно так же, как ты за меня. В общем, постарайся уцелеть и помни, что я тебя люблю.
– Ты… – Она не сразу справилась с волнением, но все-таки справилась: – Ты должен вернуться, Минц. Ты обязан вернуться. Я тебе не разрешаю умирать. Ты меня слышал? Повтори!
– Ты не разрешаешь мне умирать, – улыбнулся Эрик. – Обещаю, что так и поступлю.
– Вот и правильно, – тоже улыбнулась из космической дали девушка. – Ты мой, мне и решать!
– Ты тоже помни, Эрик, – сказала после паузы, – я тебя люблю. И… ладно! Так и быть, но только по случаю… – она, верно, хотела сказать «войны», но вовремя поймала себя за язык. – Держи пакет!
Мгновение, и звуковой сигнал дал знать, что на коммуникатор Эрика пришел пакет со сжатой информацией.
– Береги себя! – успела еще сказать Вера, и связь оборвалась.
Эрик тяжело вздохнул и хотел было выключить коммуникатор, но вспомнил о «посылке» и открыл пакет. Открыл, взглянул и тут же закрыл. Оглянулся, проверяя, не видел ли кто. К счастью, никого рядом не было, и он включил снова, но уже не в голографическом режиме. Еще не хватало, всем показывать Веру Мельник во всей красе, в смысле без всего…